Наша история

Д. А. Кузнецов, преподаватель СахГУ
Становление и развитие органов полиции 
на Сахалине во второй половине XIX - начале XX века

Созданная еще в начале XVIII века российская полиция, а позже и жандармерия составили основное ядро охранительной системы государства. Это была довольно четкая система особых органов, призванных обеспечивать и постоянно поддерживать внутреннюю безопасность империи, ее общественно-политическое спокойствие. Полицейская структура в России вырабатывалась исторически. Входящие в ее состав различные организации образовывались разновременно, под влиянием потребностей конкретной исторической обстановки. Этим и объясняется сложность организации полиции, виды которой различались между собой не только по обязанностям, но и по признакам места служения, составу служащих и некоторым особенностям службы.

Бурное развитие полицейских органов в России происходило на протяжении всего XIX столетия. Не обошло оно и остров Сахалин.

К сожалению, многие уникальные по сути своей документальные материалы, отражающие отдельные аспекты истории развития полицейских органов на Сахалине, которые, несомненно, могли бы представлять сейчас большой практический и научный интерес для исследователей, оказались безвозвратно утраченными в связи с тяжелыми событиями русско-японской войны 1904—1905 гг. и первых дней Февральской революции 1917 г.

Основную источниковую базу для настоящего доклада составили документы Государственного архива Сахалинской области, сконцентрированные в фондах канцелярии военного губернатора острова Сахалина (1889-1914 гг.), окружных полицейских управлений о. Сахалина — Александровского, Тымовского и Корсаковского — (1878-1909 гг.), Александровского участкового полицейского управления (1909 г. — февраль 1917 г.), Сахалинской пешей жандармской команды (1917 г.). Кроме того, отдельные сведения, касающиеся истории Сахалинской пешей жандармской команды (1915 - начало 1916 гг.), были обнаружены в документах объединенного архивного фонда жандармско-полицеиских управлений, в частности, документах жандармского полицейского управления Уссурийской железной дороги, находящихся в государственном архиве Хабаровского края.

Появление первых полицейских органов на Сахалине относится ко второй половине XIX в. и неразрывно связано с тюремным, каторжным бытом острова.

В 1868 г. остров получил статус отдельного округа, а 18 апреля 1869 г. был официально определен местом каторги (сначала уголовной, а позже — политической) и ссылки. Начавшееся с тех пор пополнение населения острова за счет такого специфического контингента прибывающих сюда людей1 вызвало необходимость создания на острове постоянных служб и организаций, ответственных за предупреждение и пресечение преступлений, а также охрану общественной безопасности и порядка.

После подписания в 1875 г. Санкт-Петербургского договора между Россией и Японией были введены в действие временные правила «О военном и гражданском управлении на острове Сахалине», в соответствии с которыми в административном отношении остров делился на два округа: Южно-Сахалинский и Северо-Сахалинский. А в начале 1876 г. в каждом округе были созданы первые полицейские управления2. Тем самым было положено начало планомерной деятельности на Сахалине полицейских органов. На первых порах четкого специального штата окружных управлений не предусматривалось, и начальники округов должны были сами «распределять занятия между подчиненными им лицами». Но достоверно известно, что неотъемлемым звеном каждого окружного управления являлись тогда смотрители (начальники) тюрем — Дуйской ссыльнокаторжной и Корсаковской. Помимо управленческих функций, начальникам тюрем вменялось в обязанности производство следствия по уголовным делам, что было обусловлено спецификой сахалинской каторги3. Начиная с этого времени и вплоть до конца XIX в., на Сахалине практически тесно сращивались пенитенциарная, судебная и полицейская власти, что вскоре привело к безграничному произволу со стороны тюремной администрации по отношению как к каторжным, так и к лицам свободного состояния.

Ставшее весьма показательным для Сахалина довольно тесное сращивание органов тюремной администрации и внетюремного полицейского надзора объяснялось прежде всего насущной необходимостью плотного взаимодействия этих двух структур в борьбе с участившимися на острове с конца 1870-х гг. побегами каторжан из мест отбывания наказания. При этом активную помощь полиции оказывали солдаты расквартированных здесь воинских формирований. В штаты служащих окружных полицейских администраций входили смотрители местных тюрем, их помощники и надзиратели. И продолжалось это официально до 13 декабря 1895 г., когда императорским указом все тюремные учреждения России и губернские тюремные инспектора, ранее наряду с полицией находившиеся в ведении МВД, были переданы в ведомство Министерства юстиции.

В 1884 г. было образовано Приамурское генерал-губернаторство, в состав которого наряду с Забайкальской, Амурской и Приморской областями вошел и остров Сахалин, впервые выделившись в самостоятельную административную единицу. 15 мая 1884 г. Александр III утвердил «Положение об управлении островом Сахалин», согласно которому главное управление островом принадлежало Приамурскому генерал-губернатору, а местное вверялось начальнику острова, в должности военного генерала4.

Общее руководство над полицейскими силами, размещенными непосредственно на Сахалине, осуществлял начальник острова, а с 30 мая 1894 г., когда остров получил статус военного губернаторства, - военный губернатор острова, подчинявшийся Приамурскому генерал-губернатору.

Следующим шагом в развитии местных административно-полицейских органов стало появление 16 июля 1884 г. Высочайшего утвержденного мнения Государственного Совета «О преобразовании управления островом Сахалин», в соответствии с которым остров делился на три округа: Корсаковский на Южном Сахалине с административным центром — постом Корсаковским (основан в 1869 г.), Александровский на западном побережье острова с центральным управлением в посту Александровском (основан в 1881г. –ошибка автора 1869 ОФИЦИАЛЬНО- Г.Смекалов) и Тымовский в центральной и восточной полосах Сахалина с главным селением Рыковским (основано в 1878 г.). По российским меркам того времени каждый округ соответствовал уезду5.

В 1884 г.. в каждом из трех новых сахалинских округов были учреждены полицейские управления — Александровское, Тымовское и Корсаковское. Функции и права местной полиции в России были чрезвычайно широки и точно не определены законом. На Сахалине, в частности, они заключались в контроле за соблюдением паспортного режима, охране «благочиния, общего спокойствия и порядка», борьбе с пожарами, наблюдении за трактирами и питейными заведениями, открытом и негласном надзоре в административном порядке за ссыльнопоселенцами и крестьянами, а также надзоре за береговой линией с целью ловли бродяг и беглых каторжан. В ведении полиции находились также уголовный розыск (сыск) и проведение дознания. Она должна оыла оказывать"постоянное содействие политической полиции6.

Связь между окружными полицейскими управлениями поддерживалась с помощью телеграфного сообщения по линии Александровский пост - Рыковское - Корсаковский пост, построенной в 1881-1883 гг. Кроме того, существовала телеграфная связь острова с материком7.

Сохранившиеся архивные документы в целом позволяют воссоздать в некотором роде своеобразную структуру органов административно-полицейского управления и надзора, функционировавших на острове в период с 1885 по февраль 1917 г.

Во главе полицейского управления стоял начальник округа, исполнявший в основном административно-гражданские обязанности. В его ведении находились тюрьмы и все поселения, расположенные на территории округа. По гражданскому управлению, как русским, так и туземным населением, окружные начальники наделялись правами и обязанностями окружных (уездных) исправников. «Сахалинский календарь», издававшийся в посту Александровском, донес до нас имена некоторых начальников округов. Среди первых начальников Александровского округа упоминается Сергей Николаевич Таскин (1888— 1895 гг.), имевший чин коллежского советника8. В 1891—1893 гг. начальником Тымовского округа являлся сотник Забайкальского казачьего войска Арсений Михайлович Бутаков, в 1894— 1895 гг. — Георгий Александрович Савримович, имевший чин надворного советника9, в 1898—1899 гг. — коллежский асессор Иван Сергеевич Вологдин10, в 1899—1905 гг. — титулярный советник Сергей Николаевич Соболев".

Таким образом, полицейское управление вместе с окружным начальником составляло в целом управление округом. С самого начала деятельности на начальников округов и окружные полицейские управления была возложена очень важная задача по сбору разных сведений и необходимой информации, отражавших практически все сферы жизнедеятельности на острове. С 1894 г. эти функции распространились и на смотрителей поселений. Но, как показала практика, это осуществлялось не всегда объективно и грамотно. По приказу военного губернатора острова, подписанному в конце 1901 г., на начальников округов возлагалась ответственность за противопожарное состояние всех жилых и хозяйственных объектов на территории подконтрольного им округа. Такая необходимость была вызвана участившимися к этому времени на острове пожарами, в том числе возникавшими по причине поджога (что уже само собой являлось видом преступления против собственности частного лица), отсутствием достаточного количества пожарных команд. В соответствии с этим приказом начальники округов должны были привлечь все население острова к участию в тушении пожаров. Начальники округов по факту пожаров направляли протоколы в канцелярию военного губернатора острова12. А весной 1915 г. по приказу губернатора Сахалинской области Дмитрия Дмитриевича Григорьева на начальников полиции была возложена обязанность по осуществлению «санитарного надзора» и привлечению населения на работы по поддержанию порядка и чистоты в своих селениях13.

В случае вынужденной временной невозможности исполнения своих обязанностей начальником округа его замещал помощник. При каждом полицейском управлении состоял целый штат сотрудников, занимавшихся регулярным ведением делопроизводства. И среди них выделялся секретарь. Умение быстро и правильно составить ответственный важный документ требовало от каждого секретаря высокой грамотности, ответственности и исполнительности, что в существующих условиях сахалинской каторги и ссылки было очень редким явлением. Помимо секретаря, существовали и другие необходимые канцелярские должности — писари (в некоторых источниках они именуются писцами), столоначальники, бухгалтера, рассыльные. Известно, что к 1890 г. их число в полицейских управлениях колебалось от 12 до 20 человек. Сухие строки ряда дошедших до нас документов, составленных канцелярскими служащими местной полиции, написаны неразборчивым, трудно читаемым почерком и содержат ошибки. Тем не менее случалось, что отдельные секретари полицейских управлений допускались к ведению следственных разбирательств, как, например, секретарь Тымовского управления Валериан Николаевич Григорьев с 1894 г. по нашумевшему «Онорскому делу»15.

С 1884 г. для осуществления надзора за порядком в административных центрах округов, т. е. в постах, были учреждены должности старших и младших полицейских надзирателей. С 1901 г. полицейский надзиратель поста Александровского именуется в документах заведующим полицейской частью16. Все поселения на территории округов были объединены в отдельные участки, которые находились в ведении участковых смотрителей поселений округа. Так, в Александровском и Тымовском управлениях имелись полицейские должности смотрителя 1-го и смотрителя 2-го участков поселений округа. Но внутри отдельных поселений имелись объекты, наблюдение за которыми осуществляли специально закрепленные за ними смотрители. Например, в Тымовском окружном управлении в начале XX в. (1902 г.) имелась должность смотрителя богадельни селения Рыковского. На заведующих полицейской частью постов смотрителей поселений возлагалась обязанность по проведению первоначальных следственных действий, т. е. дознания на месте совершенного преступления (наиболее распространенными на острове видами преступлений являлись кражи личного имущества ссыльнопоселенцев и убийства). По итогам проведенного предварительного следствия составлялся протокол, который препровождался вместе с дознанием окружному начальнику, затем — в канцелярию военного губернатора, а оттуда — на рассмотрение для вынесения «заключения по обстоятельствам» мировому судье18. Подозреваемые в совершении преступления содержались в так называемом полицейском арестном доме, примыкавшем к полицейскому управлению. Все совершаемые на острове преступления заносились в ежегодную «Ведомость о числе и роде преступлений», составляемую при канцелярии военного губернатора, а особо тяжкие преступления фиксировались окружной полицией отдельно в специальной «Ведомости о выдающихся происшествиях...».

Анализ некоторых архивных документов позволяет сделать вывод о том, что контингент служащих для полицейских управлений формировался в основном из бывших армейских офицеров, классных чиновников, выходцев из интеллигенции и собственно полицейских чинов. Здесь можно было встретить выходцев из самых разных уголков России, в том числе из самой столицы — Петербурга19. Важная и интересная документальная информация, проливающая свет на кадровый состав служащих полицейских управлений, содержалась в так называемых «Послужных списках о службе...». Подобный список составлялся почти на каждого служащего и содержал в себе информацию о его вероисповедании, социальном происхождении, образовании, государственных заслугах и наградах, а также годовом жаловании. В настоящее время в ГАСО в документах архивного фонда Александровского окружного полицейского управления за 1901— 1909 гг. сохранился лишь один подобный «Послужной список о службе Смотрителя поселений 1-го участка поселений Александровского округа Людвига Леонтьевича Шикер», составленный 7 июля 1909 г. Из него мы узнаем, что этот человек был римско-католического вероисповедания, награжден темно-бронзовой медалью в память об участии в русско-японской войне 1904-1905 гг., имел годовое жалование 750 р., происходил из потомственных дворян Минской губернии и получил домашнее воспитание20.

В 1897 г. была проведена первая Всеобщая перепись населения Российской империи, выявившая общий количественный, половой, возрастной и национальный состав лиц, занятых на службе в администрации, суде и полиции острова. На момент переписи на службе в этих органах состояли 224 человека (221 мужчина и 3 женщины). Из них мужчин в возрасте 20-39 лет -184 человека, в возрасте 40-59 лет — 33 человека, в возрасте 60 лет и более — 2 человека.

По национальному составу большинство составляли русские, затем украинцы, белорусы, поляки, литовцы, латыши, немцы и представители коренной народности — гиляки (нивхи, 3 человека)21. Привлечение на службу в качестве надзирателей представителей коренных народов - гиляков (нивхов) - осуществлялось по приказу начальника острова Василия Осиповича Кононовича и являлось еще одной интересной особенностью укомплектования низшего полицейского звена на Сахалине. В приказе это решение объяснялось «как необходимость в людях, хорошо знакомых с местностью». Но эта же политика имела под собой и более глубокий смысл — подобным образом власти острова проводили работу по «обрусению» гиляков. Немногочисленные полицейские надзиратели - гиляки - занимались поимкой беглых каторжан22.

Ежегодное денежное содержание служащего полиции в должности начальника округа и смотрителя поселений складывалось из собственно ежемесячного жалования, а также из так называемых «разъездных» и канцелярских денег. В 1904 г. начальник Александровского округа получал годовое жалование в размере около 500 руб. Годовое жалование смотрителя поселений Александровского округа составляло от 480 руб. в 1889 г. до 750 руб. в 1909 г. В 1904 г. старший полицейский Тымовского округа получал 392 руб. в год, тогда как простой полицейский — 156 руб. в год23.

Обычный режим функционирования полицейских органов на Сахалине был прерван трагическими событиями русско-японской войны 1904-1905 гг. Прекратил свое существование Корсаковский округ и окружное полицейское управление. Александровское и Тымовское окружные управления также были вынуждены прекратить свою работу. Японские оккупационные власти прежде всего постарались избавиться от представителей русской администрации. Поэтому первая партия сахалинских «беженцев» состояла в основном из чиновников и надзирателей с семьями, возглавляемая начальником Тымовского округа С. Н. Соболевым. 8 августа 1905 г. они были отправлены морским путем через Японию в Одессу. После подписания Портсмутского мирного договора 1905 г., по которому Россия уступила Японии южную часть Сахалина, дальнейшая судьба Александровского полицейского управления сложилась довольно печально. Оно было сожжено оставшимися жителями наряду со многими другими административными зданиями поста незадолго до возвращения русской администрации. При этом погибла большая часть бесценной документации. Криминогенная обстановка на острове в это время заметно возросла. Учитывая сложившуюся ситуацию, «первой мерой по возвращению порядка было учреждение полицейской стражи», что вскоре и было сделано. Но в связи с полным отсутствием свободных благонадежных людей пришлось на должности нижних чинов полиции принять солдат24.

В 1903 г. в связи с обострением социальной напряженности в деревне и крестьянскими выступлениями департамент полиции МВД издал специальное распоряжение, в соответствии с которым в уездах создавались отряды сельской полицейской стражи. Первые документальные упоминания о появлении на Сахалине органов относятся к 1906 г. Уездная полицейская стража состояла из полицейских урядников и стражников. Стражники подчинялись урядникам. В документах сохранились фамилии первых полицейских урядников Александровского участка — Мельникова и Волоховича, а также полицейского страника села Пилево — Сидоренко25. Известно, что 10 апреля 1906 г. мнением Государственного Совета каторга на Сахалине была отменена, а руководство над островом было передано Министерству внутренних дел. В связи с ликвидацией ссыльно-каторжных тюрем в разряд полицейских стражников были переведены все бывшие тюремные надзиратели. Но ни в одном документе при этом строго не регламентировались ни точная штатная численность сотрудников нового подразделения полиции, ни размер их ежемесячного жалования26.

После революции 1905-1907 гг. правительство решило изменить административное деление Приамурского края с целью усиления военного и чиновничье-полицейского аппарата. На основании Закона «Об административном переустройстве Приморской области и острова Сахалина» от 17 июня 1909 г. в составе генерал-губернаторства была образована Сахалинская область с центром в п. Александровском. Она занимала территорию Северного Сахалина и делилась на два участка: Александровский и Тымовский, а окружные полицейские управления были преобразованы в Александровское и Тымовское участковые полицейские управления. Во главе управления находился начальник участка, назначаемый из полицейских чинов27.

Полицейские управления Сахалина поддерживали довольно тесные контакты с аналогичными управлениями городов Николаевска, Хабаровска, Никольск-Уссурийского Приморской области по вопросам, касавшимся отдельных деталей регулирования паспортного режима. Об этом ярко свидетельствует сохранившаяся переписка между полицейскими управлениями, отражающая именно этот аспект деятельности.

Отдельная роль в деле поддержания внутреннего порядка на острове принадлежала военнослужащим местной воинской команды, «от которой были выделены ввиду преступного состава населения отряды и посты по селениям». Учитывая низкий уровень боевой подготовки местных войск, подтвердившийся в ходе событий русско-японской войны, в 1907 г. в одном из своих писем к Николаю II военный губернатор генерал-майор Аркадий Михайлович Валуев высказал мысль о том, что роль находящихся на Сахалине воинских формирований должна рассматриваться как «исключительно местная военно-полицейская»28. С этого времени усиление карательного аппарата, последовавшее после произошедших в стране революционных событий 1905-1907 гг., осуществлялось в ущерб внешней безопасности Северного Сахалина как пограничной территории, а личный состав местной воинской команды стал использоваться как военно-полицейская сила. В марте 1909 г. комиссия по обороне III Государственной думы рекомендовала усилить здесь лишь полицейские средства «ввиду неблагонадежности его населения»29.

Революционное движение и общественный подъем начала XX в. толкали Российское правительство на дальнейшее усиление власти губернаторов и ужесточение существующего законодательства в отношении отдельных местностей. В русле этого курса за период с 1881-1905 гг. был издан ряд законодательных актов, предусматривавших введение местными властями на подведомственной территории в случае необходимости военного положения.

Приамурское генерал-губернаторство, куда относилась Сахалинская область, также не стало исключением. В апреле 1912 г. Приамурский генерал-губернатор Николай Львович Гондатти издал обязательное постановление на основании правил о местностях, объявляемых состоящими на военном положении. Военное положение на Дальнем Востоке просуществовало вплоть до февраля 1917 г. Согласно объявленному положению воспрещалось иметь в качестве жильцов и постояльцев находившихся в услужении или на каких-либо работах и занятиях иностранных подданных, не снабженных установленными или просроченными видами на жительство. Дворники и ночные сторожа, обязанность которых состояла в надзоре за внешним порядком и общественной безопасностью, переводились в полное подчинение местной полиции, приказания которой «должны ими исполняться беспрекословно»30.

На волне этих событий в 1913 г. местная военная команда, размещенная в посту Александровском, была упразднена и реорганизована в пешую жандармскую команду численностью свыше 360 нижних чинов во главе с подполковником жандармерии Н. М. Будаковым. 20 августа 1913 г. приказом подполковника Будакова 41 военнослужащий бывшей военной команды (2 унтер-офицера и 39 солдат), были откомандированы в состав формировавшейся Камчатской пешей жандармской команды. Сахалинская пешая жандармская команда по строевой, административной, кадровой и финансовой частям напрямую подчинялась начальнику жандармского полицейского управления Уссурийской железной дороги. В 1915-1917 гг. эту должность занимал полковник Андрей Николаевич Меранвиль Де Сент-Клер. Жандармское полицейское управление Уссурийской железной дороги размещалось в г. Владивостоке и являлось структурным подразделением Отдельного корпуса жандармов, штаб которого находился в г. Петрограде.

В соответствии с приказом начальника штаба Отдельного корпуса жандармов в 1915-1916 гг. с бойцами сахалинской пешей команды проводились специальные занятия. Они состояли из строевой подготовки, обучения приемам владения оружием и словесных занятий. Все занятия в жандармской команде велись унтер-офицерами по отделениям, включающим 14-18 человек.

С началом Первой мировой войны во всех пограничных жандармских пунктах Дальнего Востока был особо ужесточен паспортный режим с целью выявления лиц, стремившихся нелегально проникнуть на территорию России. В 1914-1916 гг. из департамента полиции МВД в адрес Александровского участкового управления под грифом «секретно и циркулярно» регулярно поступали списки лиц, прибывающих из-за границы и подозреваемых в шпионаже. Александровское участковое управление вело постоянную переписку со специально прикомандированным к Жандармскому полицейскому управлению Уссурийской железной дороги от штаба Отдельного корпуса жандармов ротмистром, а позже подполковником жандармерии А. А. Немыским, находившимся в г. Хабаровске.

Дальнейшая судьба жандармского подразделения на Сахалине и его командования была тесно связана с событиями Февральской революции 1917 г. В марте-апреле 1917 г. на Дальнем Востоке стали возникать органы власти Временного правительства — Комитеты общественной безопасности (общественные комитеты), а наряду с ними — Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. С первых дней революции начались захват и массовое уничтожение жандармских архивов. На Дальнем Востоке подобные действия происходили главным образом в городах, являвшихся центрами революционных событий в крае. При этом увлеченных борьбой за власть представителей Комитетов общественной безопасности и Советов особо интересовали архивы царских учреждений политического сыска, части делопроизводства (секретная переписка) в канцеляриях военных губернаторов областей. В первую очередь они искали такие документы, которые можно было либо использовать непосредственно в политической борьбе, либо немедленно уничтожить.

Попытки новых властей овладеть жандармско-полицейскими архивами неизбежно сопровождались утратой какой-то части материалов. Прежде всего уничтожались документы, содержавшие секретную информацию. Крупное уничтожение документов под влиянием революционных событий имело место в сахалинской пешей жандармской команде. 18 марта 1917 г. уездный Комитет общественной безопасности взял под домашний арест начальника команды подполковника Н. М. Будакова и потребовал у него все документы секретного делопроизводства. Но своими дальнейшими действиями подполковник Н. М. Будаков дал понять, что основные секретные бумаги им были заранее уничтожены31. (А я считаю, с честью выполнил долг – Г.Смекалов) Дальнейшая судьба изъятых непосредственно у жандармского подполковника документов осталась неизвестной. Тогда же или позднее оказался уничтоженным вообще весь архив сахалинской жандармской команды, который, как можно предполагать, был довольно значительным. Сохранились лишь фрагментарные материалы этого архива, находящиеся частью в Государственном архиве Сахалинской области и частью в РГИА ДВ.

Практика показала, что сохранить правящий режим только лишь силовыми, полицейскими мерами невозможно. Февральская революция 1917 г. положила конец российскому самодержавию. В ходе революции были освобождены от занимаемых должностей генерал-губернаторы, губернаторы, градоначальники, полицмейстеры, исправники, становые приставы, урядники, земские начальники, были упразднены такие местные учреждения, как полицейские управления, жандармские управления и охранные отделения. Пришедшее на смену Временное правительство издало постановление об упразднении департамента полиции, а 19 марта 1917 г. был без сожаления упразднен Отдельный корпус жандармов. Его дела и подразделения были переданы военному ведомству. Таким образом, вся российская полиция не только фактически, но и юридически прекратила свое существование. Большинство бывших служащих полиции на Сахалине вошли в состав новой образованной народной милиции, малоспособной к удержанию порядка и в основном непрофессиональной. Но многие из них, продолжая нести службу новым властям, так и оставались до конца верными свергнутому революцией режиму.

ПРИМЕЧАНИЯ
1. Алексеев А. И. Вторая Родина. Южно-Сахалинск, 1991. С. 52.

2. Административно-территориальное деление Сахалинской области. Документы и материалы. Южно-Сахалинск, 1986. С. 110—111.

3. Костанов А. И. Освоение Сахалина русскими людьми. Южно-Сахалинск, 1991. С. 52.

4. Там же. С. 54.

5. Костанов А. И. Указ. соч. С. 54.

6. Савельева М. В. К вопросу о функциях полиции России начала XX века // История государства и права. 2003. № 1. С. 55.

7. Высокое М. С. Очерки истории связи на Дальнем Востоке (30-е гг. XVIII — начало XX вв.). Южно-Сахалинск, 1985. С. 65, 67.

8. Сахалинский календарь. Пост Александровский, 1895. С. 75.

9. Сахалинский календарь. Пост Александровский, 1895. С. 76.

10. Сахалинский календарь. Пост Александровский, 1898. С. 21.

11. Сахалинский календарь. Пост Александровский, 1899. С. 21.

12. Федорчук С. П. Огонь и жизнь (Из истории борьбы с огнем на Сахалине). Южно-Сахалинск, 1995. С. 15-16.

13. Гридяева М. В. Дворники в кандалах // Губернские ведомости. 2000, 12 апреля.

14. Сахалинский календарь. Пост Александровский, 1895. С. 76.

15. Финнов М. Мрачное Онорское дело (По страницам книги А. П. Чехова «Остров Сахалин») // Краеведческий бюллетень. 1995. № 2. С. 149, 157-158.

16. Государственный архив Сахалинской области (далее ГАСО). Ф. 22-и. Оп. 1. Д. 8. Л. 35, 43.

17. ГАСО. Ф. 16-и. Оп. 1. Д. 1. Л. 1; там же. Ф. 18-и. Оп. 1. Д. 6. Л. 28-29.

18. ГАСО. Ф. 22-и. Оп. 1. Д. 10. Л. 41.

19. Теплинский М. В. Чехов на Сахалине. Южно-Сахалинск, 1990. С. 63.

20. ГАСО. Ф. 16-и. Оп. 1. Д. 1. Л. 2-3.

21. Первая Всеобщая перепись населения Российской империи. 1897 г. СПб., 1904. Тетрадь 2-я (последняя). Л. 56-58.

22. Миролюбов (Ювачев) И. П. Восемь лет на Сахалине. СПб., 1901. С. 81.

23. ГАСО. Ф. 16-и. Оп. 1. Д. 1. Л. 1; там же. Ф. 18-и. Оп. 1. Д. 6. Л. 1-29.

24. Федорчук С. П. Указ. соч. С. 86.

25. ГАСО. Ф. 22-и. Оп. 1. Д. 15. Л. 114, 116, 119.

26. ГАСО. Ф. 20-и. Оп. 1. Д. 28. Л. 12.

27. Административно-территориальное деление Сахалинской области. Документы и материалы. Южно-Сахалинск, 1986. С. 113; Костанов А. И. Указ. соч. С. 55-56.

28. ГАСО. Ф. 20-и. Оп. 1. Д. 28. Л. 8-9.

29. Костанов А. И. Указ. соч. С. 56.

30. Дубинина Н. И. Приамурский генерал-губернатор Н. Л. Гондатти. Хабаровск, 1997. С. 67.

31. Костанов А. И. Архивы и борьба за власть на Дальнем Востоке (1917— 1918 гг.) // II Рыжковскис чтения. Материалы научно-практической конференции. Южно-Сахалинск, 19 сентября 2001 г. Южно-Сахалинск, 2003. С. 10-11.

 

День образования Сахалинского управления по налоговым преступлениям

Управление по налоговым преступлениям довольно молодое подразделение, в состав УВД по Сахалинской области оно вошло с 1 июля 2003 года (во исполнение Федерального закона № 86-ФЗ от 30.06.2003 года), но за 8 лет своей деятельности управление зарекомендовало себя, как динамично развивающееся подразделение МВД РФ, достигнув определенных результатов. 

Деятельность Управления осуществляется в соответствии с Положением об УНП УВД по Сахалинской области. На сотрудников управления возложены задачи по обеспечению экономической безопасности нашей области, выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений в сфере налогообложения, а также против интересов государственной власти и органов местного самоуправления. Кроме того, сотрудники управления проводят профилактические и оперативно-розыскные мероприятия по защите всех форм собственности от преступных посягательств в целях обеспечения благоприятных условий для развития предпринимательства и инвестиционной деятельности.

УНП УМВД России по Сахалинской области осуществляет работу в одном из наиболее динамично развивающихся в экономическом отношении регионов Дальневосточного федерального округа и имеет реальные возможности для осуществления результативной оперативно-служебной деятельности по выявлению и пресечению налоговых и иных экономических преступлений. 

В качестве приоритетных направлений оперативно-розыскной, документально-проверочной были и остаются такие сферы хозяйствования, как внешнеэкономическая деятельность, топливно-энергетический комплекс, отрасли лесной и рыбной промышленности, кредитно-финансовая сфера, транспорт, строительство. В УНП УВД по Сахалинской области на постоянной основе организована работа с предприятиями, отнесенными к категории недоимщиков и крупнейшими налогоплательщиками.

Сотрудниками налоговых подразделений осуществляется постоянный контроль за целевым использованием бюджетных средств и средств государственных внебюджетных фондов, наработана собственная практика и разработаны схемы по выявлению указанных преступлений, в том числе и судебная.

Всего, за 6 месяцев 2011 года, сотрудниками УНП УМВД возмещено в консолидированный бюджет государства более 135 млн. рублей.

(По информации УНП УМВД России по Сахалинской области)

16 апреля – день образования Сахалинской милиции

Начальник УМВД по Сахалинской области полковник полиции Владислав Анатольевич Белоцерковский поздравил всех сотрудников и ветеранов УВД области с 86-ой годовщиной дня образования Сахалинской милиции, пожелав крепкого здоровья, счастья, благополучия и дальнейших успехов в службе.

Появление первых органов правопорядка на Сахалине относится ко второй половине XIX века и неразрывно связано с тюремным, каторжным бытом острова.

В 1868г. остров получил статус отдельного округа, а 18 апреля 1869г. был официально определен местом каторги и ссылки (сначала уголовной, а позже — политической). Начавшееся с тех пор пополнение населения острова за счет такого специфического контингента прибывающих сюда людей вызвало необходимость создания на острове постоянных служб и организаций, ответственных за предупреждение и пресечение преступлений, а также охрану общественной безопасности и порядка. 

После подписания в 1875г. Санкт-Петербургского Договора между Россией и Японией были введены в действие временные правила «О военном и гражданском управлении на острове Сахалине», в соответствии с которыми в административном отношении остров делился на два округа: Южно-Сахалинский и Северо-Сахалинский. В начале 1876г. в каждом округе были созданы первые полицейские управления. Тем самым было положено начало планомерной деятельности на Сахалине полицейских органов. На первых порах четкого специального штата окружных управлений не предусматривалось, и начальники округов должны были сами «распределять занятия между подчиненными им лицами». Но достоверно известно, что неотъемлемым звеном каждого окружного управления являлись тогда смотрители (начальники) тюрем — Дуйской ссыльнокаторжной и Корсаковской. Помимо управленческих функций, начальникам тюрем вменялось в обязанности производство следствия по уголовным делам, что было обусловлено спецификой сахалинской каторги. Начиная с этого времени и вплоть до конца XIX в., на Сахалине практически тесно сращивались - пенитенциарная, судебная и полицейская власти, что вскоре привело к безграничному произволу со стороны тюремной администрации по отношению, как к каторжным, так и к лицам свободного состояния.

Ставшее весьма показательным для Сахалина довольно тесное сращивание органов тюремной администрации и вне тюремного полицейского надзора объяснялось, прежде всего, насущной необходимостью плотного взаимодействия этих двух структур в борьбе с участившимися на острове с конца 1870-х гг. побегами каторжан из мест отбывания наказания. При этом активную помощь полиции оказывали солдаты расквартирован¬ных здесь воинских формирований. В штаты служащих окружных полицейских администраций входили смотрители местных тюрем, их помощники и надзиратели. И продолжалось это официально до 13 декабря 1895 г., когда императорским указом все тюремные учреждения России и губернские тюремные инспектора, ранее наряду с полицией находившиеся в ведении МВД, были переданы в ведомство Министерства юстиции.

В 1884 г. было образовано Приамурское генерал-губернаторство, в состав которого наряду с Забайкальской, Амурской и Приморской областями вошел и остров Сахалин, впервые выделившись в самостоятельную административную единицу. 15 мая 1884 г. Александр III утвердил «Положение об управлении островом Сахалин», согласно которому главное управление островом принадлежало Приамурскому генерал-губернатору, а местное вверялось начальнику острова, в должности военного генерала.

Общее руководство над полицейскими силами, размещенными непосредственно на Сахалине, осуществлял начальник острова, а с 30 мая 1894г., когда остров получил статус военного губернаторства, - военный губернатор острова, подчинявшийся Приамурскому генерал-губернатору.

Следующим шагом в развитии местных административно-полицейских органов стало появление 16 июля 1884г. Высочайшего утвержденного мнения Государственного Совета «О преобразовании управления островом Сахалин», в соответствии с которым остров делился на три округа: Корсаковский на Южном Сахалине с административным центром — постом Корсаковским (основан в 1869г.), Александровский на западном побережье острова с центральным управлением в посту Александровском (основан в 1869 г.) и Тымовский в центральной и восточной полосах Сахалина с главным селением Рыковским (основано в 1878 г.). По российским меркам того времени каждый округ соответствовал уезду.

В 1884г. в каждом из трех новых сахалинских округов были учреждены полицейские управления — Александровское, Тымовское и Корсаковское. Функции и права местной полиции в России были чрезвычайно широки и точно не определены законом. На Сахалине, в частности, они заключались в контроле за соблюдением паспортного режима, охране «благочиния, общею спокойствия и порядка», борьбе с пожарами, наблюдении за трактирами и питейными заведениями, открытом и негласном надзоре в административном порядке за ссыльнопоселенцами и крестьянами, а также надзоре за береговой линией с целью ловли бродяг и беглых каторжан. В ведении полиции находились также уголовный розыск (сыск) и проведение дознания. Она должна была оказывать постоянное содействие политической полиции.

Связь между окружными полицейскими управлениями поддерживалась с помощью телеграфного сообщения по линии Александровский пост — Рыковское — Корсаковский пост, построенной в 1881 — 1883 гг. Кроме того, существовала телеграфная связь острова с материком.

Сохранившиеся архивные документы в целом позволяют воссоздать в некотором роде своеобразную структуру органов административно-полицейского управления и надзора, функционировавших на острове в период с 1885 по февраль 1917 г.

Во главе полицейского управления стоял начальник округа, исполнявший в основном административно-гражданские обязанности. В его ведении находились тюрьмы и все поселения, расположенные на территории округа. По гражданскому управлению, как русским, так и туземным населением, окружные начальники наделялись правами и обязанностями окружных (уездных) исправников. «Сахалинский календарь», издававшийся в посту Александровском, донес до нас имена некоторых начальников округов. Среди первых начальников Александровского округа упоминается Сергей Николаевич Таскин (1888— 1895 гг.), имевший чин коллежского советника. В 1891—1893 гг. начальником Тымовского округа являлся сотник Забайкальского казачьего войска Арсений Михайлович Бутаков, в 1894— 1895 гг. — Георгий Александрович Савримович, имевший чин надворного советника, в 1898-1899 гг. - коллежский асессор Иван Сергеевич Вологдин, в 1899-1905 гг. - титулярный советник Сергей Николаевич Соболев".

Таким образом, полицейское управление вместе с окружным начальником составляло в целом управление округом. С самого начала деятельности на начальников округов и окружных полицейских управления была возложена очень важная задача по сбору разных сведений и необходимой информации, отражавших практически все сферы жизнедеятельности на острове. С 1894г. эти функции распространились и на смотрителей поселений. Но, как показала практика, это осуществлялось не всегда объективно и грамотно. По приказу военного губернатора острова, подписанному в конце 1901г., на начальников округов возлагалась ответственность за противопожарное состояние всех жилых и хозяйственных объектов на территории подконтрольного им округа. Такая необходимость была вызвана участившимися к этому времени на острове пожарами, в том числе возникавшими по причине поджога (что уже само собой являлось видом преступления против собственности частного лица), отсутствием достаточного количества пожарных команд. В соответствии с этим приказом начальники округов должны были привлечь все население острова к участию в тушении пожаров. Начальники округов по факту пожаров направляли протоколы в канцелярию военного губернатора острова. А весной 1915г. по приказу губернатора Сахалинской области Дмитрия Дмитриевича Григорьева на начальников полиции была возложена обязанность по осуществлению «санитарного надзора» и привлечению населения на работы по поддержанию порядка и чистоты в своих селениях.

В случае вынужденной временной невозможности исполнения своих обязанностей начальником округа его замещал помощник. При каждом полицейском управлении состоял целый штат сотрудников, занимавшихся регулярным ведением делопроизводства. И среди них выделялся секретарь. Умение быстро и правильно составить ответственный важный документ требовало от каждого секретаря высокой грамотности, ответственности и исполнительности, что в существующих условиях сахалинской каторги и ссылки было очень редким явлением. Помимо секретаря, существовали и другие необходимые канцелярские должности — писари (в некоторых источниках они именуются писцами), столоначальники, бухгалтера, рассыльные. Известно, что к 1890 г. их число в полицейских управлениях колебалось от 12 до 20 человек. Сухие строки ряда дошедших до нас документов, составленных канцелярскими служащими местной полиции, написаны неразборчивым, трудно читаемым почерком и содержат ошибки. Тем не менее, случалось, что отдельные секретари полицейских управлений допускались к ведению следственных разбирательств, как, например, секретарь Тымовского управления Валериан Николаевич Григорьев с 1894 г. по нашумевшему «Онорскому делу».

С 1884 г. для осуществления надзора за порядком в административных центрах округов, т. е. в постах, были учреждены должности старших и младших полицейских надзирателей. С 1901 г. полицейский надзиратель поста Александровского именуется в документах «заведующим полицейской частью». Все поселения на территории округов были объединены в отдельные участки, которые находились в ведении участковых смотрителей поселений округа. Так, в Александровском и Тымовском управлениях имелись полицейские должности смотрителя 1-го и смотрителя 2-го участков поселений округа. Но внутри отдельных поселений имелись объекты, наблюдение за которыми осуществляли специально закрепленные :за ними смотрители. Например, в Тымовском окружном управлении в начале XX в. (1902 г.) имелась должность смотрителя богадельни селения Рыковского. На заведующих полицейской частью постов смотрителей поселений возлагалась обязанность по проведению первоначальных следственных действий, т. е. дознания на месте совершенного преступления (наиболее распространенными на острове видами преступлений являлись кражи личного имущества ссыльнопоселенцев и убийства). По итогам проведенного предварительного следствия составлялся протокол, который препровождался вместе с дознанием окружному начальнику, затем — в канцелярию военного губернатора, а оттуда — на рассмотрение для вынесения «заключения по обстоятельствам» мировому судье. Подозреваемые в совершении преступления содержались в так называемом полицейском арестном доме, примыкавшем к полицейскому управлению. Все совершаемые на острове преступления заносились в ежегодную «Ведомость о числе и роде преступлений», составляемую при канцелярии военного губернатора, а особо тяжкие преступления фиксировались окружной полицией отдельно в специальной «Ведомости о выдающихся происшествиях...».

Анализ некоторых архивных документов позволяет сделать вывод о том, что контингент служащих для полицейских управлений формировался в основном из бывших армейских офицеров, классных чиновников, выходцев из интеллигенции и собственно полицейских чипов. Здесь можно было встретить выходцев из самых разных уголков России, в том числе из самой столицы — Петербурга19. Важная и интересная документальная информация, проливающая свет на кадровый состав служащих полицейских управлений, содержалась в так называемых «Послужных списках о службе...». Подобный список составлялся почти на каждого служащего и содержал в себе информацию о его вероисповедании, социальном происхождении, образовании, государственных заслугах и наградах, а также годовом жаловании. В настоящее время в ГАСО в документах архивного фонда Александровского окружного полицейского управления за 1901 — 1909 гг. сохранился лишь один подобный «Послужной список о службе Смотрителя поселений 1-го участка поселений Александровского округа Людвига Леонтьевича Шикер», составленный 7 июля 1909 г. Из него мы узнаем, что этот человек был римско-католического вероисповедания, награжден темно-бронзовой медалью в память об участии в русско-японской войне 1904-1905 гг., имел годовое жалование 750 р., происходил из потомственных дворян Минской губернии и получил домашнее воспитание.

В 1897 г. была проведена первая Всеобщая перепись населения Российской империи, выявившая общий количественный, половой, возрастной и национальный состав лиц, занятых на службе в администрации, суде и полиции острова. На момент переписи на службе в этих органах состояли 224 человека (221 мужчина и 3 женщины). Из них мужчин в возрасте 20—39 лет — 184 человека, в возрасте 40-59 лет - 33 человека, в возрасте 60 лет и более — 2 человека.

По национальному составу большинство составляли русские, затем украинцы, белорусы, поляки, литовцы, латыши, немцы и представители коренной народности — гиляки (нивхи, 3 человека). Привлечение на службу в качестве надзирателей представителей коренных народов - гиляков (нивхов) - осуществлялось по приказу начальника острова Василия Осиповича Кононовича и являлось еще одной интересной особенностью укомплектования низшего полицейского звена на Сахалине. В приказе это решение объяснялось «как необходимость в людях, хорошо знакомых с местностью». Но эта же политика имела под собой и более глубокий смысл — подобным образом власти острова проводили работу по «обрусению» гиляков. Немногочисленные полицейские надзиратели - гиляки -.занимались поимкой беглых каторжан.

Ежегодное денежное содержание служащего полиции в должности начальника округа и смотрителя поселений складывалось из собственно ежемесячного жалования, а также из так называемых «разъездных» и канцелярских денег. В 1904 г. начальник Александровского округа получал годовое жалование в размере около 500 руб. Годовое жалование смотрителя поселений Александровского округа составляло от 480 руб. в 1889 г. до 750 руб. в 1909 г. В 1904 г. старший полицейский Тымовского округа получал 392 руб. в год, тогда как простой полицейский — 156 руб. в год .

Обычный режим функционирования полицейских органов на Сахалине был прерван трагическими событиями русско-японской войны 1904—1905 гг. Прекратил свое существование Корсаковский округ и окружное полицейское управление. Александровское и Тымовское окружные управления также были вынуждены прекратить свою работу. Японские оккупационные власти прежде всего постарались избавиться от представителей русской администрации. Поэтому первая партия сахалинских «беженцев» состояла в основном из чиновников и надзирателей с семьями, возглавляемая начальником Тымовского округа С. Н. Соболевым. 8 августа 1905 г. они были отправлены морским путем через Японию в Одессу. После подписания Портсмутского мирного договора 1905 г., по которому Россия уступила Японии южную часть Сахалина, дальнейшая судьба Александровского полицейского управления сложилась довольно печально. Оно было сожжено оставшимися жителями наряду со многими другими административными зданиями поста незадолго до возвращения русской администрации. При этом погибла большая часть бесценной документации. Криминогенная обстановка на острове в это время заметно возросла. Учитывая сложившуюся ситуацию, «первой мерой по возвращению порядка было учреждение полицейской стражи», что вскоре и было сделано. Но в связи с полным отсутствием свободных благонадежных людей пришлось на должности нижних чинов полиции принять солдат.

В 1903 г. в связи с обострением социальной напряженности в деревне и крестьянскими выступлениями департамент полиции МВД издал специальное распоряжение, в соответствии с которым в уездах создавались отряды сельской полицейской стражи. Первые документальные упоминания о появлении на Сахалине органов относятся к 1906 г. Уездная полицейская стража состояла из полицейских урядников и стражников. Стражники подчинялись урядникам. В документах сохранились фамилии первых полицейских урядников Александровского участка — Мельникова и Волоховича, а также полицейского стражника села Пилево - Сидоренко. Известно, что 10 апреля 1906 г. мнением Государственного Совета каторга на Сахалине была отменена, а руководство над островом было передано Министерству внутренних дел. В связи с ликвидацией ссыльнокаторжных тюрем в разряд полицейских стражников были переведены все бывшие тюремные надзиратели. Но ни в одном документе при этом строго не регламентировались ни точная штатная численность сотрудников нового подразделения полиции, ни размер их ежемесячного жалования26.

После революции 1905-1907 гг. правительство решило изменить административное деление Приамурского края с целью усиления военного и чиновничье-полицейского аппарата. На основании Закона «Об административном переустройстве Приморской области и острова Сахалина» от 17 июня 1909 г. в составе генерал-губернаторства была образована Сахалинская область с центром в п. Александровском. Она занимала территорию Северного Сахалина и делилась на два участка: Александровский и Тымовский, а окружные полицейские управления были преобразованы в Александровское и Тымовское участковые полицейские управления. Во главе управления находился начальник участка, назначаемый из полицейских чинов.

Полицейские управления Сахалина поддерживали довольно тесные контакты с аналогичными управлениями городов Николаевска, Хабаровска, Никольск-Уссурийского Приморской области по вопросам, касавшимся отдельных деталей регулирования паспортного режима. Об этом ярко свидетельствует сохранившаяся переписка между полицейскими управлениями, отражающая именно этот аспект деятельности.

Отдельная роль в деле поддержания внутреннего порядка на острове принадлежала военнослужащим местной воинской команды, «от которой были выделены ввиду преступного состава населения отряды и посты по селениям». Учитывая низкий уровень боевой подготовки местных войск, подтвердившийся в ходе событий русско-японской войны, в 1907 г. в одном из своих писем к Николаю II военный губернатор генерал-майор Аркадий Михайлович Валуев высказал мысль о том, что роль находящихся на Сахалине воинских формирований должна рассматриваться как «исключительно местная военно-полицейская». С этого времени усиление карательного аппарата, последовавшее после произошедших в стране революционных событий 1905—1907 гг., осуществлялось в ущерб внешней безопасности Северного Сахалина как пограничной территории, а личный состав местной воинской команды стал использоваться как военно-полицейская сила. В марте 1909 г. комиссия по обороне III Государственной думы рекомендовала усилить здесь лишь полицейские средства «ввиду неблагонадежности его населения»29.

Революционное движение и общественный подъем начала XX в. толкали Российское правительство на дальнейшее усиление власти губернаторов и ужесточение существующею законодательства в отношении отдельных местностей. В русле этого курса за период с 1881 — 1905 гг. был издан ряд законодательных актов, предусматривавших введение местными властями на подведомственной территории в случае необходимости военного положения. 

Приамурское генерал-губернаторство, куда относилась Сахалинская область, также не стало исключением. В апреле 1912 г. Приамурский генерал-губернатор Николай Львович Гондатти издал обязательное постановление на основании правил о местностях, объявляемых состоящими па военном положении. Военное положение на Дальнем Востоке просуществовало вплоть до февраля 1917 г. Согласно объявленному положению воспрещалось иметь в качестве жильцов и постояльцев находившихся в услужении или на каких-либо работах и занятиях иностранных подданных, не снабженных установленными или просроченными видами на жительство. Дворники и ночные сторожа, обязанность которых состояла в надзоре за внешним порядком и общественной безопасностью, переводились в полное подчинение местной полиции, приказания которой «должны ими исполняться беспрекословно».

На волне этих событий в 1913 г. местная военная команда, размещенная в посту Александровском, была упразднена и реорганизована в пешую жандармскую команду численностью свыше 360 нижних чинов во главе с подполковником жандармерии Н. М. Будаковым. 20 августа 1913 г. приказом подполковника Будакова 41 военнослужащий бывшей военной команды (2 унтер-офицера и 39 солдат), были откомандированы в состав формировавшейся Камчатской пешей жандармской команды. Сахалинская пешая жандармская команда по строевой, административной, кадровой и финансовой частям напрямую подчинялась начальнику жандармского полицейского управления Уссурийской железной дороги. В 1915—1917 гг. эту должность занимал полковник Андрей Николаевич Меранвиль Де Сент-Клер. Жандармское полицейское управление Уссурийской железной дороги размещалось в г. Владивостоке и являлось структурным подразделением Отдельного корпуса жандармов, штаб которого находился в г, Петрограде.

В соответствии с приказом начальника штаба Отдельного корпуса жандармов в 1915-1916 гг. с бойцами сахалинской пешей команды проводились специальные занятия. Они состояли из строевой подготовки, обучения приемам владения оружием и словесных занятий. Все занятия в жандармской команде велись унтер-офицерами по отделениям, включающим 14—18 человек.

С началом Первой мировой войны во всех пограничных жандармских пунктах Дальнего Востока был особо ужесточен паспортный режим с целью выявления лиц, стремившихся нелегально проникнуть на территорию России. В 1914-1916 гг. из департамента полиции МВД в адрес Александровского участкового управления под грифом «секретно и циркулярно» регулярно поступали списки лиц, прибывающих из-за границы и подозреваемых в шпионаже. Александровское участковое управление вело постоянную переписку со специально прикомандированным к Жандармскому полицейскому управлению Уссурийской железной дороги от штаба Отдельного корпуса жандармов ротмистром, а позже подполковником жандармерии А. А. Немыским, находившимся в г. Хабаровске.

Дальнейшая судьба жандармского подразделения на Сахалине и его командования была тесно связана с событиями Февральской революции 1917 г. В марте-апреле 1917 г. на Дальнем Востоке стали возникать органы власти Временного правительства — Комитеты общественной безопасности (общественные комитеты), а наряду с ними — Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. С первых дней революции начались захват и массовое уничтожение жандармских архивов. На Дальнем Востоке подобные действия происходили главным образом в городах, являвшихся центрами революционных событий в крае. При этом увлеченных борьбой за власть представителей Комитетов общественной безопасности и Советов особо интересовали архивы царских учреждений политического сыска, части делопроизводства (секретная переписка) в канцеляриях военных губернаторов областей. В первую очередь они искали такие документы, которые можно было либо использовать непосредственно в политической борьбе, либо немедленно уничтожить.

Попытки новых властей овладеть жандармско-полицейскими архивами неизбежно сопровождались утратой какой-то части материалов. Прежде всего уничтожались документы, содержавшие секретную информацию. Крупное уничтожение документов под влиянием революционных событий имело место в сахалинской пешей жандармской команде. 18 марта 1917 г. уездный Комитет общественной безопасности взял под домашний арест начальника команды подполковника II. М. Будакова и потребовал у него все документы секретного делопроизводства. Но своими дальнейшими действиями подполковник II. М. Будаков дал понять, что основные секретные бумаги им были заранее уничтожены. Дальнейшая судьба изъятых непосредственно у жандармскою подполковника документов осталась неизвестной. Тогда же или позднее оказался уничтоженным вообще весь архив сахалинской жандармской команды, который, как можно предполагать, был довольно значительным. Сохранились лишь фрагментарные материалы этого архива, находящиеся частью в Государственном архиве Сахалинской области и частью в РГИА ДВ.

Практика показала, что сохранить правящий режим только лишь силовыми, полицейскими мерами невозможно. Февральская революция 1917 г. положила конец российскому самодержавию. В ходе революции были освобождены от занимаемых должностей генерал-губернаторы, губернаторы, градоначальники, полицмейстеры, исправники, становые приставы, урядники, земские начальники, были упразднены такие местные учреждения, как полицейские управления, жандармские управления и охранные отделения. Пришедшее на смену Временное правительство издало постановление об упразднении департамента полиции, а 19 марта 1917 г. был без сожаления упразднен Отдельный корпус жандармов. Его дела и подразделения были переданы военному ведомству. Таким образом, вся российская полиция не только фактически, но и юридически прекратила свое существование. Большинство бывших служащих полиции на Сахалине вошли в состав новой образованной народной милиции, малоспособной к удержанию порядка и в основном непрофессиональной. Но многие из них, продолжая нести службу новым властям, гак и оставались до конца верными свергнутому революцией режиму.

24 января 1925 года в Хабаровске под председательством тов. Гамарника состоялось совещание Дальневосточного революционного комитета, которое обсудило мероприятия в связи с передачей Японией северной части острова Сахалин Союзу Советских Социалистических Республик.

Одним из основных на этом совещании был вопрос «О войсках, милиции и ГПУ для Сахалина».

В принятом решении указывалось: «Поручить товарищам Музыканту, Школину и Федорову проработать настоящий вопрос и, в частности, наметить: количество, состав, срок и порядок отправки на Сахалин войск, милиции и ГПУ».

...Во Владивостокском городском отделе рабоче-крестьянской милиции был объявлен набор добровольцев для работы на Сахалине. Желающих было много, но отбирали только самых лучших, самых достойных.

К началу апреля Дальревком отобрал 14 человек, в основном сотрудников владивостокской милиции и ГПУ. Среди тех, кому предстояло организовать милицейскую службу на Сахалине, были коммунисты Борис Николаевич Дубровин, Степан Николаевич Жилкин, Александр Иванович Костин, Иван Евгеньевич Протасов, Дмитрий Николаевич Осипов, Иван Артемьев, Михаил Протасов, Грищенко, беспартийные Павел Чеботарев, Александров, Размахин, Башаров...

Это были в основном молодые люди в возрасте от 25 до 30 лет, достаточно закаленные в боях, с врагами Советской власти.

Например, 28-летний Степан Жилкин участвовал в партизанском движении на Дальнем Востоке, был командиром роты партизанского отряда, а с 1922 года работал участковым инспектором первого городского отделения владивостокской милиции. Его ровесник Борис Дубровин до работы в милиции служил в органах ОГПУ, до выезда на Сахалин возглавлял Океанское отделение милиции. Александр Костин с октября 1918 по ноябрь 1923 года служил в Красной Армии на должностях командира взвода и командира отдельной роты войск ОГПУ. В 1923 году стал работать участковым инспектором милиции в г. Владивостоке.

Участие в революционных событиях, в гражданской войне, работа в органах охраны общественного порядка — таковы основные вехи биографии и остальных товарищей, отобранных для работы на Сахалине.

7 апреля 1925 года из Владивостокского торгового порта на пароходе «Колыма» отбыли на остров командированные сотрудники милиции.

11 апреля «Колыма» бросила якорь на рейде Александровска. С берега на пароход для встречи прибыли члены Сахалинского ревкома Шишляннпков, Седов, Красников.

Вечером того же дня, когда была закончена выгрузка, прибывшие были доставлены в город и размещены по квартирам.

Все отправлявшиеся, на остров сотрудники милиции еще во Владивостоке получили новое обмундирование, вооружение с боеприпасами, повышенное денежное довольствие.

Официальная церемония приема северной части Сахалина от японцев состоялась 15 мая 1925 года, но в связи с тем, что отдаленные районы были освобождены раньше, туда уже в конце апреля были направлены работники ревкома и милиции.

Так, в последних числах апреля в Рыковский (ныне Тымовский) район были откомандированы вновь назначенные начальник районной милиции Л. И. Костин, его заместитель

И. Е. Протасов, милиционеры Александров, Осипов Простоков.

Таким образом, 16 апреля 1925 года Сахалинская милиция приступила к своим непосредственным функциям.

9 мая того же года, заседание окружного ревкома постановило: с 15 мая назначить начальником рабоче-крестьянской милиции на Северной Сахалине товарища Дубровина Бориса Николаевича с пребыванием в г.Александровске-на-Сахалине.

Страна Советов уже восстанавливала разрушенное гражданской войной хозяйство, а здесь, на Сахалине, было неспокойно.

За пять лет оккупации северной части острова японцы разграбили многие природные богатства: вырубили лес на сумму в 2 миллиона 124 тысячи рублей, хищнически эксплуатировали месторождения угля и нефти. А уходя, совершали диверсии: жгли лесные массивы, учреждения, дома.

Здесь же, на далекой окраине России, нашли себе убежище недовольные Советской властью, ее враги — бывшие белогвардейцы, колчаковцы, бандиты, преступники.

В первые же месяцы советизации Северного Сахалина было взято на учет 276 человек, враждебно относившихся к Советской власти, в основном людей с контрреволюционным прошлым, 19 белогвардейских офицеров.

Вместе с оккупантами в Японию эмигрировало 69 человек. Среди них были те, кто не ждал ничего хорошего от новой власти. Это владелец угольного рудника Ф. Е. Петровский, хозяин винокуренного завода в Александровске Д. Н. Швец, местные богатеи К Т. Прокудин, Е. С. Веребеева и многие другие.

Необходимо было учесть и тот факт, что при японцах среди местного населения процветало пьянство. В одном только Александровске насчитывалось более 10 винокуренных заводов и 107 злачных домов.

И сахалинская милиция с первых дней своего существования повела решительную борьбу с этим «наследием», борьбу за новую жизнь. Работники милиции предупреждали и пресекали нарушения порядка, наблюдали за соблюдением всеми гражданами декретов, законов и распоряжений, своевременно оповещали население о решениях органов Советской власти, контролировали выполнение санитарных правил и мероприятий Народного комиссариата здравоохранения, принимали меры по охране безопасности и порядка во время пожаров, наводнений и других стихийных бедствий, а также выполняли Другие обязанности.

И все это лежало на плечах тех милиционеров, которые первыми прибыли на Сахалин в апреле 1925-го.

Историческая справка: День образования ОВД по МО «Александровск-Сахалинский район»

Появление первых органов правопорядка на Сахалине отно¬сится ко второй половине XIX века и неразрывно связано с тю¬ремным, каторжным бытом острова.

В 1868г. остров получил статус отдельного округа, а 18 апре¬ля 1869г. был официально определен местом каторги и ссылки (сначала уголовной, а позже — политической). Начавшееся с тех пор пополнение населения острова за счет такого специфи¬ческого контингента прибывающих сюда людей вызвало необ¬ходимость создания на острове постоянных служб и организа¬ций, ответственных за предупреждение и пресечение преступ¬лений, а также охрану общественной безопасности и порядка. 

После подписания в 1875г. Санкт-Петербургского Договора между Россией и Японией были введены в действие временные правила «О военном и гражданском управлении на острове Са¬халине», в соответствии с которыми в административном отно¬шении остров делился на два округа: Южно-Сахалинский и Северо-Сахалинский. В начале 1876г. в каждом округе были созданы первые полицейские управления. Тем самым было положено начало планомерной деятельности на Сахалине поли¬цейских органов. На первых порах четкого специального штата окружных управлений не предусматривалось, и начальники округов должны были сами «распределять занятия между под¬чиненными им лицами». Но достоверно известно, что неотъем¬лемым звеном каждого окружного управления являлись тогда смотрители (начальники) тюрем — Дуйской ссыльнокаторжной и Корсаковской. Помимо управленческих функций, начальни¬кам тюрем вменялось в обязанности производство следствия по уголовным делам, что было обусловлено спецификой сахалин¬ской каторги. Начиная с этого времени и вплоть до конца XIX в., на Сахалине практически тесно сращивались - пенитенциарная, судебная и полицейская власти, что вскоре привело к безгра¬ничному произволу со стороны тюремной администрации по отношению, как к каторжным, так и к лицам свободного состо¬яния.

Ставшее весьма показательным для Сахалина довольно тес¬ное сращивание органов тюремной администрации и вне тюремного полицейского надзора объяснялось, прежде всего, на¬сущной необходимостью плотного взаимодействия этих двух структур в борьбе с участившимися на острове с конца 1870-х гг. побегами каторжан из мест отбывания наказания. При этом активную помощь полиции оказывали солдаты расквартирован¬ных здесь воинских формирований. В штаты служащих окруж¬ных полицейских администраций входили смотрители местных тюрем, их помощники и надзиратели. И продолжалось это офи¬циально до 13 декабря 1895 г., когда императорским указом все тюремные учреждения России и губернские тюремные инспек¬тора, ранее наряду с полицией находившиеся в ведении МВД, были переданы в ведомство Министерства юстиции.

В 1884 г. было образовано Приамурское генерал-губернатор¬ство, в состав которого наряду с Забайкальской, Амурской и Приморской областями вошел и остров Сахалин, впервые вы¬делившись в самостоятельную административную единицу. 15 мая 1884 г. Александр III утвердил «Положение об управлении островом Сахалин», согласно которому главное управление ос¬тровом принадлежало Приамурскому генерал-губернатору, а местное вверялось начальнику острова, в должности военного генерала.

Общее руководство над полицейскими силами, размещен¬ными непосредственно на Сахалине, осуществлял начальник острова, а с 30 мая 1894г., когда остров получил статус военно¬го губернаторства, - военный губернатор острова, подчиняв¬шийся Приамурскому генерал-губернатору.

Следующим шагом в развитии местных административно-полицейских органов стало появление 16 июля 1884г. Высо¬чайшего утвержденного мнения Государственного Совета «О преобразовании управления островом Сахалин», в соответствии с которым остров делился на три округа: Корсаковский на Южном Сахалине с административным центром — постом Корсаковским (основан в 1869г.), Александровский на западном побережье острова с центральным управлением в посту Алек¬сандровском (основан в 1869 г.) и Тымовский в центральной и восточной полосах Сахалина с главным селением Рыковским (основано в 1878 г.). По российским меркам того времени каж¬дый округ соответствовал уезду.

В 1884г. в каждом из трех новых сахалинских округов были учреждены полицейские управления — Александровское, Тымовское и Корсаковское. Функции и права местной полиции в России были чрезвычайно широки и точно не определены за¬коном. На Сахалине, в частности, они заключались в контроле за соблюдением паспортного режима, охране «благочиния, об¬щею спокойствия и порядка», борьбе с пожарами, наблюдении за трактирами и питейными заведениями, открытом и неглас¬ном надзоре в административном порядке за ссыльнопоселен¬цами и крестьянами, а также надзоре за береговой линией с целью ловли бродяг и беглых каторжан. В ведении полиции находились также уголовный розыск (сыск) и проведение доз¬нания. Она должна оыла оказывать постояннГое содействие по¬литической полиции.

Связь между окружными полицейскими управлениями под¬держивалась с помощью телеграфного сообщения по линии Александровский пост — Рыковское — Корсаковский пост, по¬строенной в 1881 — 1883 гг. Кроме того, существовала телеграф¬ная связь острова с материком.

Сохранившиеся архивные документы в целом позволяют вос¬создать в некотором роде своеобразную структуру органов ад¬министративно-полицейского управления и надзора, функцио¬нировавших на острове в период с 1885 по февраль 1917 г.

Во главе полицейского управления стоял начальник округа, исполнявший в основном административно-гражданские обя¬занности. В его ведении находились тюрьмы и все поселения, расположенные на территории округа. По гражданскому управ¬лению, как русским, так и туземным населением, окружные начальники наделялись правами и обязанностями окружных (уездных) исправников. «Сахалинский календарь», издававшийся в посту Александровском, донес до нас имена некоторых на¬чальников округов. Среди первых начальников Александров¬ского округа упоминается Сергей Николаевич Таскин (1888— 1895 гг.), имевший чин коллежского советника. В 1891—1893 гг. начальником Тымовского округа являлся сотник Забайкаль¬ского казачьего войска Арсений Михайлович Бутаков, в 1894— 1895 гг. — Георгий Александрович Савримович, имевший чин надворного советника, в 1898-1899 гг. - коллежский асессор Иван Сергеевич Вологдин, в 1899-1905 гг. - титулярный со¬ветник Сергей Николаевич Соболев".

Таким образом, полицейское управление вместе с окруж¬ным начальником составляло в целом управление округом. С самого начала деятельности на начальников округов и окруж¬ных полицейских управления была возложена очень важная за¬дача по сбору разных сведений и необходимой информации, отражавших практически все сферы жизнедеятельности на острове. С 1894г. эти функции распространились и на смотрите¬лей поселений. Но, как показала практика, это осуществлялось не всегда объективно и грамотно. По приказу военного губер¬натора острова, подписанному в конце 1901г., на начальников округов возлагалась ответственность за противопожарное со¬стояние всех жилых и хозяйственных объектов на территории подконтрольного им округа. Такая необходимость была вызва¬на участившимися к этому времени на острове пожарами, в том числе возникавшими по причине поджога (что уже само собой являлось видом преступления против собственности частного лица), отсутствием достаточного количества пожарных команд. В соответствии с этим приказом начальники округов должны были привлечь все население острова к участию в тушении по¬жаров. Начальники округов по факту пожаров направляли про¬токолы в канцелярию военного губернатора острова. А вес¬ной 1915г. по приказу губернатора Сахалинской области Дмит¬рия Дмитриевича Григорьева на начальников полиции была возложена обязанность по осуществлению «санитарного над¬зора» и привлечению населения на работы по поддержанию порядка и чистоты в своих селениях.

В случае вынужденной временной невозможности исполне¬ния своих обязанностей начальником округа его замещал по¬мощник. При каждом полицейском управлении состоял целый штат сотрудников, занимавшихся регулярным ведением дело¬производства. И среди них выделялся секретарь. Умение быст¬ро и правильно составить ответственный важный документ тре¬бовало от каждого секретаря высокой грамотности, ответствен¬ности и исполнительности, что в существующих условиях са¬халинской каторги и ссылки было очень редким явлением. По¬мимо секретаря, существовали и другие необходимые канце¬лярские должности — писари (в некоторых источниках они именуются писцами), столоначальники, бухгалтера, рассыль¬ные. Известно, что к 1890 г. их число в полицейских управле¬ниях колебалось от 12 до 20 человек. Сухие строки ряда дошед¬ших до нас документов, составленных канцелярскими служа¬щими местной полиции, написаны неразборчивым, трудно чи¬таемым почерком и содержат ошибки. Тем не менее, случалось, что отдельные секретари полицейских управлений допускались к ведению следственных разбирательств, как, например, секре¬тарь Тымовского управления Валериан Николаевич Григорьев с 1894 г. по нашумевшему «Онорскому делу».

С 1884 г. для осуществления надзора за порядком в админи¬стративных центрах округов, т. е. в постах, были учреждены должности старших и младших полицейских надзирателей. С 1901 г. полицейский надзиратель поста Александровского име¬нуется в документах «заведующим полицейской частью». Все по¬селения на территории округов были объединены в отдельные участки, которые находились в ведении участковых смотрите¬лей поселений округа. Так, в Александровском и Тымовском управлениях имелись полицейские должности смотрителя 1-го и смотрителя 2-го участков поселений округа. Но внутри от¬дельных поселений имелись объекты, наблюдение за которыми осуществляли специально закрепленные :за ними смотрители. Например, в Тымовском окружном управлении в начале XX в. (1902 г.) имелась должность смотрителя богадельни селения Рыковского. На заведующих полицейской частью постов смот¬рителей поселений возлагалась обязанность по проведению пер¬воначальных следственных действий, т. е. дознания на месте совершенного преступления (наиболее распространенными на острове видами преступлений являлись кражи личного имущества ссыльнопоселенцев и убийства). По итогам проведенного предва¬рительного следствия составлялся протокол, который препро¬вождался вместе с дознанием окружному начальнику, затем — в канцелярию военного губернатора, а оттуда — на рассмотрение для вынесения «заключения по обстоятельствам» мировому су¬дье. Подозреваемые в совершении преступления содержались в так называемом полицейском арестном доме, примыкавшем к полицейскому управлению. Все совершаемые на острове пре¬ступления заносились в ежегодную «Ведомость о числе и роде преступлений», составляемую при канцелярии военного губер¬натора, а особо тяжкие преступления фиксировались окружной полицией отдельно в специальной «Ведомости о выдающихся происшествиях...».

Анализ некоторых архивных документов позволяет сделать вывод о том, что контингент служащих для полицейских управ¬лений формировался в основном из бывших армейских офице¬ров, классных чиновников, выходцев из интеллигенции и соб¬ственно полицейских чипов. Здесь можно было встретить вы¬ходцев из самых разных уголков России, в том числе из самой столицы — Петербурга19. Важная и интересная документальная информация, проливающая свет на кадровый состав служащих полицейских управлений, содержалась в так называемых «Послужных списках о службе...». Подобный список составлялся почти на каждого служащего и содержал в себе информацию о его вероисповедании, социальном происхождении, образовании, государственных заслугах и наградах, а также годовом жалова¬нии. В настоящее время в ГАСО в документах архивного фонда Александровского окружного полицейского управления за 1901 — 1909 гг. сохранился лишь один подобный «Послужной список о службе Смотрителя поселений 1-го участка поселений Алек¬сандровского округа Людвига Леонтьевича Шикер», составлен¬ный 7 июля 1909 г. Из него мы узнаем, что этот человек был римско-католического вероисповедания, награжден темно-брон¬зовой медалью в память об участии в русско-японской войне 1904-1905 гг., имел годовое жалование 750 р., происходил из потомственных дворян Минской губернии и получил домаш¬нее воспитание.

В 1897 г. была проведена первая Всеобщая перепись населе¬ния Российской империи, выявившая общий количественный, половой, возрастной и национальный состав лиц, занятых на службе в администрации, суде и полиции острова. На момент переписи на службе в этих органах состояли 224 человека (221 мужчина и 3 женщины). Из них мужчин в возрасте 20—39 лет — 184 человека, в возрасте 40-59 лет - 33 человека, в возрасте 60 лет и более — 2 человека.

По национальному составу большинство составляли русские, затем украинцы, белорусы, поляки, литовцы, латыши, немцы и представители коренной народности — гиляки (нивхи, 3 чело¬века). Привлечение на службу в качестве надзирателей пред¬ставителей коренных народов - гиляков (нивхов) - осуществ¬лялось по приказу начальника острова Василия Осиповича Кононовича и являлось еще одной интересной особенностью уком¬плектования низшего полицейского звена на Сахалине. В при¬казе это решение объяснялось «как необходимость в людях, хо¬рошо знакомых с местностью». Но эта же политика имела под собой и более глубокий смысл — подобным образом власти ост¬рова проводили работу по «обрусению» гиляков. Немногочис¬ленные полицейские надзиратели - гиляки -.занимались поим¬кой беглых каторжан.

Ежегодное денежное содержание служащего полиции в дол¬жности начальника округа и смотрителя поселений складыва¬лось из собственно ежемесячного жалования, а также из так называемых «разъездных» и канцелярских денег. В 1904 г. начальник Александровского округа получал годовое жалование в размере около 500 руб. Годовое жалование смотрителя посе¬лений Александровского округа составляло от 480 руб. в 1889 г. до 750 руб. в 1909 г. В 1904 г. старший полицейский Тымовского округа получал 392 руб. в год, тогда как простой полицей¬ский — 156 руб. в год .

Обычный режим функционирования полицейских органов на Сахалине был прерван трагическими событиями русско-япон¬ской войны 1904—1905 гг. Прекратил свое существование Кор-саковский округ и окружное полицейское управление. Алек¬сандровское и Тымовское окружные управления также были вынуждены прекратить свою работу. Японские оккупационные власти прежде всего постарались избавиться от представителей русской администрации. Поэтому первая партия сахалинских «беженцев» состояла в основном из чиновников и надзирателей с семьями, возглавляемая начальником Тымовского округа С. Н. Соболевым. 8 августа 1905 г. они были отправлены морс¬ким путем через Японию в Одессу. После подписания Портс¬мутского мирного договора 1905 г., по которому Россия усту¬пила Японии южную часть Сахалина, дальнейшая судьба Александровского полицейского управления сложилась довольно печально. Оно было сожжено оставшимися жителями наряду со многими другими административными зданиями поста не¬задолго до возвращения русской администрации. При этом по¬гибла большая часть бесценной документации. Криминогенная обстановка на острове в это время заметно возросла. Учитывая сложившуюся ситуацию, «первой мерой по возвращению по¬рядка было учреждение полицейской стражи», что вскоре и было сделано. Но в связи с полным отсутствием свободных благона¬дежных людей пришлось на должности нижних чинов полиции принять солдат.

В 1903 г. в связи с обострением социальной напряженности в деревне и крестьянскими выступлениями департамент поли¬ции МВД издал специальное распоряжение, в соответствии с которым в уездах создавались отряды сельской полицейской стражи. Первые документальные упоминания о появлении на Сахалине органов относятся к 1906 г. Уездная полицейская стра¬жа состояла из полицейских урядников и стражников. Страж¬ники подчинялись урядникам. В документах сохранились фа¬милии первых полицейских урядников Александровского учас¬тка — Мельникова и Волоховича, а также полицейского стражника села Пилево - Сидоренко. Известно, что 10 апреля 1906 г. мнением Государственного Совета каторга на Сахалине была отменена, а руководство над островом было передано Министерству внутренних дел. В связи с ликвидацией ссыльнокаторжных тюрем в разряд полицейских стражников были переведены все бывшие тюремные надзиратели. Но ни в одном документе при этом строго не регламентировались ни точная штатная численность сотрудников нового подразделения поли¬ции, ни размер их ежемесячного жалования26.

После революции 1905-1907 гг. правительство решило из¬менить административное деление Приамурского края с целью усиления военного и чиновничье-полицейского аппарата. На основании Закона «Об административном переустройстве При¬морской области и острова Сахалина» от 17 июня 1909 г. в со¬ставе генерал-губернаторства была образована Сахалинская об¬ласть с центром в п. Александровском. Она занимала террито¬рию Северного Сахалина и делилась на два участка: Александ¬ровский и Тымовский, а окружные полицейские управления были преобразованы в Александровское и Тымовское участко¬вые полицейские управления. Во главе управления находился начальник участка, назначаемый из полицейских чинов.

Полицейские управления Сахалина поддерживали довольно тесные контакты с аналогичными управлениями городов Ни¬колаевска, Хабаровска, Никольск-Уссурийского Приморской области по вопросам, касавшимся отдельных деталей регулиро¬вания паспортного режима. Об этом ярко свидетельствует со¬хранившаяся переписка между полицейскими управлениями, отражающая именно этот аспект деятельности.

Отдельная роль в деле поддержания внутреннего порядка на острове принадлежала военнослужащим местной воинской ко¬манды, «от которой были выделены ввиду преступного состава населения отряды и посты по селениям». Учитывая низкий уровень боевой подготовки местных войск, подтвердившийся в ходе событий русско-японской войны, в 1907 г. в одном из сво¬их писем к Николаю II военный губернатор генерал-майор Ар¬кадий Михайлович Валуев высказал мысль о том, что роль на¬ходящихся на Сахалине воинских формирований должна рас¬сматриваться как «исключительно местная военно-полицей¬ская». С этого времени усиление карательного аппарата, пос¬ледовавшее после произошедших в стране революционных со¬бытий 1905—1907 гг., осуществлялось в ущерб внешней безопасности Северного Сахалина как пограничной территории, а личный состав местной воинской команды стал использоваться как военно-полицейская сила. В марте 1909 г. комиссия по обо¬роне III Государственной думы рекомендовала усилить здесь лишь полицейские средства «ввиду неблагонадежности его на¬селения»29.

Революционное движение и общественный подъем начала XX в. толкали Российское правительство на дальнейшее усиле¬ние власти губернаторов и ужесточение существующею зако¬нодательства в отношении отдельных местностей. В русле это¬го курса за период с 1881 — 1905 гг. был издан ряд законодатель¬ных актов, предусматривавших введение местными властями на подведомственной территории в случае необходимости во¬енного положения. 

Приамурское генерал-губернаторство, куда относилась Саха¬линская область, также не стало исключением. В апреле 1912 г. Приамурский генерал-губернатор Николай Львович Гондатти издал обязательное постановление на основании правил о мест¬ностях, объявляемых состоящими па военном положении. Во¬енное положение на Дальнем Востоке просуществовало вплоть до февраля 1917 г. Согласно объявленному положению воспре¬щалось иметь в качестве жильцов и постояльцев находившихся в услужении или на каких-либо работах и занятиях иностран¬ных подданных, не снабженных установленными или просро¬ченными видами на жительство. Дворники и ночные сторожа, обязанность которых состояла в надзоре за внешним порядком и общественной безопасностью, переводились в полное подчи¬нение местной полиции, приказания которой «должны ими исполняться беспрекословно».

На волне этих событий в 1913 г. местная военная команда, размещенная в посту Александровском, была упразднена и ре¬организована в пешую жандармскую команду численностью свыше 360 нижних чинов во главе с подполковником жандар¬мерии Н. М. Будаковым. 20 августа 1913 г. приказом подпол¬ковника Будакова 41 военнослужащий бывшей военной команды (2 унтер-офицера и 39 солдат), были откомандированы в со¬став формировавшейся Камчатской пешей жандармской ко¬манды. Сахалинская пешая жандармская команда по строевой, административной, кадровой и финансовой частям напрямую подчинялась начальнику жандармского полицейского управле¬ния Уссурийской железной дороги. В 1915—1917 гг. эту доджность занимал полковник Андрей Николаевич Меранвиль Де Сент-Клер. Жандармское полицейское управление Уссурийской железной дороги размещалось в г. Владивостоке и являлось структурным подразделением Отдельного корпуса жандармов, штаб которого находился в г, Петрограде.

В соответствии с приказом начальника штаба Отдельного корпуса жандармов в 1915-1916 гг. с бойцами сахалинской пе¬шей команды проводились специальные занятия. Они состоя¬ли из строевой подготовки, обучения приемам владения ору¬жием и словесных занятий. Все занятия в жандармской коман¬де велись унтер-офицерами по отделениям, включающим 14—18 человек.

С началом Первой мировой войны во всех пограничных жан¬дармских пунктах Дальнего Востока был особо ужесточен пас¬портный режим с целью выявления лиц, стремившихся неле¬гально проникнуть на территорию России. В 1914-1916 гг. из департамента полиции МВД в адрес Александровского участ¬кового управления под грифом «секретно и циркулярно» регу¬лярно поступали списки лиц, прибывающих из-за границы и подозреваемых в шпионаже. Александровское участковое уп¬равление вело постоянную переписку со специально прикоман¬дированным к Жандармскому полицейскому управлению Ус¬сурийской железной дороги от штаба Отдельного корпуса жан¬дармов ротмистром, а позже подполковником жандармерии А. А. Немыским, находившимся в г. Хабаровске.

Дальнейшая судьба жандармского подразделения на Саха¬лине и его командования была тесно связана с событиями Фев¬ральской революции 1917 г. В марте-апреле 1917 г. на Дальнем Востоке стали возникать органы власти Временного правитель¬ства — Комитеты общественной безопасности (общественные комитеты), а наряду с ними — Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. С первых дней революции начались зах¬ват и массовое уничтожение жандармских архивов. На Дальнем Востоке подобные действия происходили главным образом в городах, являвшихся центрами революционных событий в крае. При этом увлеченных борьбой за власть представителей Коми¬тетов общественной безопасности и Советов особо интересова¬ли архивы царских учреждений политического сыска, части делопроизводства (секретная переписка) в канцеляриях воен¬ных губернаторов областей. В первую очередь они искали такие документы, которые можно было либо использовать непосред¬ственно в политической борьбе, либо немедленно уничтожить.

Попытки новых властей овладеть жандармско-полицейскими архивами неизбежно сопровождались утратой какой-то части материалов. Прежде всего уничтожались документы, содержав¬шие секретную информацию. Крупное уничтожение докумен¬тов под влиянием революционных событий имело место в са¬халинской пешей жандармской команде. 18 марта 1917 г. уезд¬ный Комитет общественной безопасности взял под домашний арест начальника команды подполковника II. М. Будакова и потребовал у него все документы секретного делопроизводства. Но своими дальнейшими действиями подполковник II. М. Будаков дал понять, что основные секретные бумаги им были за¬ранее уничтожены. Дальнейшая судьба изъятых непосредствен¬но у жандармскою подполковника документов осталась неиз¬вестной. Тогда же или позднее оказался уничтоженным вообще весь архив сахалинской жандармской команды, который, как можно предполагать, был довольно значительным. Сохранились лишь фрагментарные материалы этого архива, находящиеся частью в Государственном архиве Сахалинской области и час¬тью в РГИА ДВ.

Практика показала, что сохранить правящий режим только лишь силовыми, полицейскими мерами невозможно. Февраль¬ская революция 1917 г. положила конец российскому самодер¬жавию. В ходе революции были освобождены от занимаемых должностей генерал-губернаторы, губернаторы, градоначальни¬ки, полицмейстеры, исправники, становые приставы, урядни¬ки, земские начальники, были упразднены такие местные уч¬реждения, как полицейские управления, жандармские управле¬ния и охранные отделения. Пришедшее на смену Временное правительство издало постановление об упразднении департа¬мента полиции, а 19 марта 1917 г. был без сожаления упразднен Отдельный корпус жандармов. Его дела и подразделения были переданы военному ведомству. Таким образом, вся российская полиция не только фактически, но и юридически прекратила свое существование. Большинство бывших служащих полиции на Сахалине вошли в состав новой образованной народной милиции, малоспособной к удержанию порядка и в основном непрофессиональной. Но многие из них, продолжая нести служ¬бу новым властям, гак и оставались до конца верными свергну¬тому революцией режиму.

24 января 1925 года в Хаба¬ровске под председательством тов. Гамарника состоялось со¬вещание Дальневосточного революционного комитета, кото¬рое обсудило мероприятия в связи с передачей Японией се¬верной части острова Сахалин Союзу Советских Социалисти¬ческих Республик.

Одним из основных на этом совещании был вопрос «О вой¬сках, милиции и ГПУ для Са¬халина».

В принятом решении указы¬валось: «Поручить товарищам Музыканту, Школину и Федо¬рову проработать настоящий вопрос и, в частности, наме¬тить: количество, состав, срок и порядок отправки на Саха¬лин войск, милиции и ГПУ».

...Во Владивостокском город¬ском отделе рабоче-крестьян¬ской милиции был объявлен набор добровольцев для рабо¬ты на Сахалине. Желающих было много, но отбирали толь¬ко самых лучших, самых дос¬тойных.

К началу апреля Дальревком отобрал 14 человек, в ос¬новном сотрудников влади¬востокской милиции и ГПУ. Среди тех, кому предстояло организовать милицейскую службу на Сахалине, были ком¬мунисты Борис Николаевич Дубровин, Степан Николаевич Жилкин, Александр Иванович Костин, Иван Евгеньевич Про¬тасов, Дмитрий Николаевич Осипов, Иван Артемьев, Ми¬хаил Протасов, Грищенко, бес¬партийные Павел Чеботарев, Александров, Размахин, Баша¬ров...

Это были в основном мо¬лодые люди в возрасте от 25 до 30 лет, достаточно зака¬ленные в боях, с врагами Со¬ветской власти.

Например, 28-летний Степан Жилкин участвовал в парти¬занском движении на Дальнем Востоке, был командиром ро¬ты партизанского отряда, а с 1922 года работал участковым инспектором первого город¬ского отделения владивосток¬ской милиции. Его ровесник Борис Дубровин до работы в милиции служил в органах ОГПУ, до выезда на Сахалин возглавлял Океанское отделе¬ние милиции. Александр Кос¬тин с октября 1918 по ноябрь 1923 года служил в Красной Армии на должностях коман¬дира взвода и командира от¬дельной роты войск ОГПУ. В 1923 году стал работать уча¬стковым инспектором милиции в г. Владивостоке.

Участие в революционных событиях, в гражданской вой¬не, работа в органах охраны общественного порядка — та¬ковы основные вехи биографии и остальных товарищей, ото¬бранных для работы на Саха¬лине.

7 апреля 1925 года из Вла¬дивостокского торгового пор¬та на пароходе «Колыма» от¬были на остров командирован¬ные сотрудники милиции.

11 апреля «Колыма» броси¬ла якорь на рейде Александровска. С берега на пароход для встречи прибыли члены Сахалинского ревкома Шишляннпков, Седов, Красников.

Вечером того же дня, когда была закончена выгрузка, прибывшие были доставлены в город и размещены по квар¬тирам.

Все отправлявшиеся, на ост¬ров сотрудники милиции еще во Владивостоке получили но¬вое обмундирование, вооруже¬ние с боеприпасами, повышен¬ное денежное довольствие.

Официальная церемония при¬ема северной части Сахалина от японцев состоялась 15 мая 1925 года, но в связи с тем, что отдаленные районы были освобождены раньше, ту¬да уже в конце апреля были направлены работники ревкома и милиции.

Так, в последних числах ап¬реля в Рыковский (ныне Тымовский) район были откоман¬дированы вновь назначенные начальник районной милиции Л. И. Костин, его заместитель

И. Е. Протасов, милиционеры Александров, Осипов Простоков.

Таким образом, 16 апреля 1925 года Сахалинская милиция приступила к своим непосредственным функциям.

9 мая того же года, заседание окружного ревкома постановило: с 15 мая назначить начальником рабоче-крестьянской милиции на Северной Сахалине товарища Дубровина Бори¬са Николаевича с пребыванием в г.Александровске-на-Сахалине.

Страна Советов уже восста¬навливала разрушенное граж¬данской войной хозяйство, а здесь, на Сахалине, было не¬спокойно.

За пять лет оккупации се¬верной части острова японцы разграбили многие природные богатства: вырубили лес на сумму в 2 миллиона 124 тыся¬чи рублей, хищнически эксплу¬атировали месторождения уг¬ля и нефти. А уходя, соверша¬ли диверсии: жгли лесные массивы, учреждения, дома.

Здесь же, на далекой окраи¬не России, нашли себе убежи¬ще недовольные Советской властью, ее враги — бывшие белогвардейцы, колчаковцы, бандиты, преступники.

В первые же месяцы совети¬зации Северного Сахалина бы¬ло взято на учет 276 человек, враждебно относившихся к Советской власти, в основном людей с контрреволюционным прошлым, 19 белогвардейских офицеров.

Вместе с оккупантами в Япо¬нию эмигрировало 69 человек. Среди них были те, кто не ждал ничего зхорошего от новой власти. Это владелец угольного руд¬ника Ф. Е. Петровский, хозя¬ин винокуренного завода в Александровске Д. Н. Швец, местные богатеи К Т. Прокудин, Е. С. Веребеева и многие другие.

Необходимо было учесть и тот факт, что при японцах сре¬ди местного населения процве¬тало пьянство. В одном толь¬ко Александровске насчитыва¬лось более 10 винокуренных заводов и 107 злачных домов.

И сахалинская милиция с первых дней своего существо¬вания повела решительную борьбу с этим «наследием», борьбу за новую жизнь. Ра¬ботники милиции предупреж¬дали и пресекали нарушения порядка, наблюдали за соблю¬дением всеми гражданами дек¬ретов, законов и распоряже¬ний, своевременно оповещали население о решениях органов Советской власти, контролиро¬вали выполнение санитзрных правил и мероприятий Народ¬ного комиссариата здравоох¬ранения, принимали меры по охране безопасности и поряд¬ка во время пожаров, навод¬нений и других стихийных бед¬ствий, а также .выполняли Дру¬гие обязанности.

И все это лежало на плечах тех милиционеров, которые первыми прибыли на Сахалин в апреле 1925-го. Конечно же, было неимо¬верно трудно

Помощник Приморского гу¬бернского прокурора тов Пят¬ков в августе 1925 года в этой связи писал:

«...Город Александровск и его район обслуживаются управлением сахалинской мили¬ции, которая в настоящее вре¬мя имеет наличный состав 15 человек. Штат всей сахалин¬ской милиции 41 человек, но штат до сего времени не ут¬вержден Дальревкомом. В Рыбновском районе, нахо¬дящемся от Александровска на расстоянии 360 верст, име¬ются два милиционера. Связь е ними только по радио, пути сообщения с Рыбновском: ле¬том морем, а зимой — на собаках.

Имеется еще Восточный рай¬он, где советских органов, кро¬ме погранпоста, нет, но по ут¬верждении Дальревкомом шта¬та будет послана милиция. Район на расстоянии 400—450 верст пути. Центр — Оха. Ле¬том можно попасть морем или по рекам на гиляцких лодках, а зимой — на собаках.

Уголовного розыска на Са¬халине нет. А между тем за последнее время в городе Алек¬сандровске и его окрестностях стали учащаться простые и со взломом кражи. Раскрывае¬мость их незначительна. Борь¬ба с преступностью здесь за¬труднена еще и тем, что насе¬ление большей своей частью из ссыльных уголовных каторжан. Если не занимаются кражами сами, то охотно принимают за¬ведомо краденое».

Начинять нужно было с ор¬ганизационных мероприятий: укомплектовать милицию кад¬рами, организовать милицей¬ские пункты на западном и восточном побережьях остро¬ва, провести ревизию районов, регистрацию оружия. А сде¬лать это было непросто.

В своем отчете за 1925 год Сахалинскому окружному ре¬волюционному комитету на¬чальник рабоче-крестьянской милиции Северного Сахалина Б. Н. Дубровин писал: «В шта¬те милиции должно быть 55 человек, имеется 29. Из них рабочих — 9, крестьян — 18, служащих — 2. Членов пар¬тии — 5, кандидатов в члены партии — 5. Имеющих сред¬нее образование — 1. началь¬ное — 20, без образования—8.

Уголовный розыск, как более необходимый в сахалинских условиях, при рабоче-кресть¬янской милиции до сего вре¬мени не организован и органи¬зовать его в данный момент не предоставляется возможным по следующим причинам: из-за значительной оторван¬ности острова от материка и наличия пятилетней оккупа¬ции. Оставшееся местное насе¬ление составляет две группы: первая — забитая, совершен¬но неграмотная, вторая — со всеми порочными качествами и хулиганским уклоном».

Отсутствие у вновь приня¬тых сотрудников милиции опы¬та работы, формы, транспор¬та, плохое вооружение, нере¬гулярная почтовая и телеграф¬ная связь — все это говорит о том, с какими колоссальны¬ми трудностями приходилось сталкиваться работникам са¬халинской милиции в первые годы ее существования. Об этом красноречиво свидетельствует и отчет о работе саха¬линской милиции за первые два года работы. Вот лишь не¬которые выдержки из него:

«Сахалин советизирован в 1925 году. Поэтому с матери¬ка перед выездом на Сахалин взяты только лишь законы 1924—1925 годов. А здесь на местах приходится при реше¬нии вопросов делать ССЫЛКУ на законы 1922—1923 годов. Кра¬евой центр не в состоянии вы¬слать все законы, а если и вы¬сылает, то очень медленно. Желательно иметь под руками бюллетени НКВД за все про¬шедшие годы.

Дактилоскопии арестован¬ные не подвергались из-за ог¬раниченного наличия дакто-карт... Фотографирование арестованных не проводится за неимения пластинок, бумаги и других материалов..» .И тем не менее сахалинская милиция с первых же дней своего существования надеж¬но несла свою нелегкую служ¬бу.

К апрелю 1926 года соглас¬но постановлению Президиу¬ма ВЦИК «О районировании Дальнего Востока на северной части острова Сахалин» были организованы четыре района: Александровский — с центром в городе Александровске - Са¬халинском, Рыковский — с центром в селе Рыковское, Охинский — с центром в Охе, Рыбновскнй — с центром в се¬ле Верещагине За небольшой промежуток времени в этих районах были созданы отделы милиции.

С марта 1925 года по ап¬рель 1926 года, сахалинской милицией было зарегистриро¬вано 322 преступления. Из них 214 раскрыто, 73 — прекраще¬но.

При ревизии районов работ¬никами милиции было изъято у частных лиц большое коли¬чество казенного имущества. Например, японский консул Шамида захватил динамо-ма¬шину, геодезические инстру¬менты, мебель, принадлежащие Советскому государству. Быв¬шие торговцы М. Боришко и И. Зубарев припрятали у себя немало продуктов.

Большую работу милиция провела по дознанию лиц, бе¬жавших за границу в период японской оккупации. По пред¬ставленным ею материалам Сахалинский ревком 15 апре¬ля 1926 года постановил: лип, ушедших за границу в период японской оккупации, на основании Декрета Совета Народ¬ных Комиссаров от 28 марта 1921 года считать бежавшими за пределы республики и ли¬шившимися права союзного гражданства со всеми вытека¬ющими из этого последствия¬ми. Все имущество бежавших за границу было конфисковано и передано государству.

С первого дня своего соз¬дания сахалинская милиция повела решительную борьбу против нарушителей общест¬венного порядка. Уже к концу 1925 года были установлены и взяты на учет места приема и сбыта краденых вещей, мес¬та азартных игр, опиекурильни, места сбора подозритель¬ных лиц. В том же году сот¬рудниками милиции были вы¬явлены и уничтожены посевы опийного мака (21 гектар).

— В те первые годы совети¬зации Северного Сахалина, — вспоминает бывший милицио¬нер Д. Н. Осипов — мы, работники милиции, занимались и разъ¬яснительной работой. Ходили по населенным пунктам, рас¬сказывали о советских зако¬нах. Время было горячее, бое¬вое. Налаживался на Сахали¬не советский образ жизни, И мы, являясь представителями новой власти, активно прово¬дили в жизнь линию партии. Довелось мне в те годы участ¬вовать в организации первых на острове сельскохозяйствен¬ных коммун, первых изб-чи¬тален. Все это наряду с основ¬ной обязанностью — поддер¬живать правопорядок.

Первые сотрудники сахалин¬ской милиции жили интерес¬ной, содержательной жизнью. Читая протоколы их собра¬ний, чувствуешь, что радости, тревоги, заботы Страны Сове¬тов, планеты были близки им.

На одном из своих собраний они говорят о забастовке английских шахтеров. Тут же при¬нимают решение об отчислении одного процента заработной платы в помощь бастующим рабочим Англии.

Страна Советов создавала свою социалистическую куль¬туру. Не стояли в стороне от этого и сахалинские милицио¬неры.

«Пригласить докладчика. Тема доклада «О пролетар¬ской этике» — гласит поста¬новление очередного собрания. По всей стране ширилось движение по оказанию помо¬щи в создании советской авиа¬ции. Сахалинская милиция проводит кампанию по сбору средств на постройку самоле¬та.

И так во всем. Их было 14, первых саха¬линских милиционеров. С них начиналась милиция Сахали¬на.

И к их чести, задание партии они выполнили. Трудовой на¬род острова признал милицию своей защитницей.

Состоявшееся в апреле 1926 года в Александровске сове¬щание работников юстиции, рабоче-крестьянской милиции и административных органов Сахалинского округа дало по¬ложительную оценку деятель¬ности сахалинских часовых по¬рядка.

А несколько позднее комис¬сия Дальневосточного бюро ЦК, проверив работу всех аппаратов милиции Дальнего Востока, констатировала: «Ав¬торитет милиции и уголовного розыска среди населения по¬вышается... Граждане охотно обращаются к ним за по¬мощью»

В ноябре 1927 года молодая Страна Советов тор¬жественно отмечала десятилетие Октябрьской револю¬ции. Исполнилось и первое десятилетие советской ми¬лиции. А па Северном Сахалине милиция к этому време¬ни существовала всего два с половиной года.

В своем приказе в ноябре. 1927.года начальник адми¬нистративного отдела Сахалинского окружного ревкома товарищ Дубровин писал:

1. «...Работники милиции в достаточной степени вы¬полнили свои обязанности перед трудящимися Сахалин¬ского округа Дальневосточного края.

Доказательством выполнения возложенных на обязанностей могут служить большие цифры раскрытых преступлений за истекший период.

2. Старшему милиционеру города Александровска-Сахалинского тов. Г. И. Шурыгину, сотруднику уголов¬ного розыска тов. В. Д. Смеловскому и милиционеру В. Ф. Янушевскому за добросовестную службу с момен¬та советизации Сахалина по день 10-летнего существова¬ния милиции и республики объявляю благодарность с занесением в трудовые списки и награждаю подарками — по суконной форменной гимнастерке и шароварам каждому в отдельности».

В мае 1927 года Хабаровский административный от¬дел НКВД прислал в адрес сахалинской милиции раз¬нарядку для отбора 6 кандидатов на учебу в милицей¬скую школу среднего начсостава.

Но 1 сентября курсанты не приступили к занятиям.

«Курсанты от нашего округа высланы быть не могут, так как содержание таковых расходной сметой Сахалин¬ского окружного административного отдела на 1927-28 бюджетный год не принято», — ответили сахалинцы в Хабаровск.

Первые специалисты с милицейским образованием Г. М. Касьянов и А. В. Некипелов, выпускники восьмой Благовещенской школы рабоче-крестьянской милиции среднего начсостава, прибыли лишь в 1932 году.

Несмотря на объективные трудности, работа саха¬линской милиции снискала признание и уважение тру¬дящихся области. За энергичную борьбу с преступно¬стью в 1932 году и в честь 15-й годовщины рабоче-крестьянской милиции Дальневосточное управление ми¬лиции наградило ценными подарками большую группу сахалинских бойцов правопорядка.

Вся деятельность милиции в тридцатые годы прохо¬дила под непосредственным руководством областного к районных партийных органов, областного и местных Со¬ветов депутатов трудящихся.

Это позволило к 1940 году полностью укомплектовать районные отделы милиции кадрами, в органах милиции служило 280 человек. Личный состав милиции комплек¬товался в основном за счет красноармейцев, уволенных, в запас.

Укомплектование штатов позволило значительно увеличить партийно-комсомольскую прослойку в подразде¬лениях милиции. Особенно много комсомольцев пришло на службу в тридцатые годы. Они задавали тон в рабо¬те, вели за собой несоюзную молодежь.

Несмотря на определенные успехи в работе милиции, перед личным составом стояло еще немало нерешенных задач. Все еще на низком уровне оставалась специаль¬ная подготовка сотрудников. Вопросы укрепления дис¬циплины, организации партийной учебы, воспитания опытных кадров были одними из главных в деятельно¬сти милиции.

С этой целью при областном управлении была орга¬низована специальная милицейская подготовка всего личного состава. Во всех райотделах были созданы группы партийного просвещения, слушатели которых изучали краткий курс истории ВКП(б) и политграмоту.

Наряду с изучением основ марксизма-ленинизма и специальной милицейской подготовкой при областном управлении были созданы три группы по повышению общеобразовательного уровня. По договоренности с гороно занятия в них проводили учителя городских школ.

В 1940 году в Александровске-Сахалинском состоя¬лось торжественное открытие клуба милиции. Строили его работники милиции и члены их семей. В двухэтаж¬ном здании разместились зрительный зал на 200 мест, комната для проведения политической учебы, библио¬тека, комнаты отдыха.

Улучшение условий для партийной, комсомольской, оперативно-служебной подготовки, общеобразователь¬ной и культурной работы способствовало росту идейно-политического уровня, оперативного мастерства сотруд¬ников сахалинской милиции.

Начало Великой Отечественной войны заставило всех сотрудников милиции области перестроить свою работу в соответствии с военной обстановкой.

В сентябре 1941 года на Сахалине были организо¬ваны истребительные батальоны для борьбы с банди¬тизмом, в которые вошли работники милиции и общест¬венники. Бойцы этих формирований вели большую, зачастую опасную для жизни работу.

В начале 1942 года первая группа милиционеров-са¬халинцев в количестве 50 человек по их настоятельной просьбе была отправлена на фронт. Среди них старший инспектор ОВИР областного управления милиции Ген¬надий Захарович Белогривов, участковые уполномочен¬ные Александровского ГОМ Леонтий Иванович Курнаков, Степан Степанович Баев, Георгий Тимофеевич Герменчук, милиционеры этого же отдела Борис Андре¬евич Беляев, Николай Иванович Бакулин, участковый уполномоченный Дуйского ГОМ Василий Степанович Соколов и другие.

Всего в годы Великой Отечественной войны 325 сот¬рудников милиции нашей области были посланы на фронт, с оружием в руках защищали Родину от фашиз¬ма.

На смену им пришли рабочие промышленных пред¬приятий района, которые по возрасту были освобожде¬ны от службы в армии, а также большая группа жен¬щин.

В первые годы войны активизировались спекулян¬ты, хулиганы, различного рода отщепенцы. И на их пу¬ти действенной силой встали работники милиции.

Сотрудники ОБХСС за 1941 —1943 годы вскры¬ли несколько преступных группировок, занимавшихся расхищением продовольствия и промышленных товаров со складов и магазинов.

Летом 1942 года работники ОБХСС областного уп¬равления милиции провели операцию по задержанию и аресту воров в Александровск-Сахалинском аэропорту. Преступники намеревались вывезти на самолете партию продуктов: сливочное масло, мясные консервы, крупы.

Только в 1942 году сотрудниками ОБХСС было воз¬вращено государству продуктов на сумму более 500 тысяч рублей, изъятых у расхитителей и спекулянтов.

Заметных успехов в охране общественного порядка, в борьбе с преступностью добились и работники уголов¬ного розыска.

В их числе сотрудники Д. Низкий, Ф. Пронин, опе¬ративные работники Шибалин, Помазкина, Снтов, Копначев, Тинлинскпй, Чалов, многие другие.

Можно привести немало примеров смелости и отваги, проявленных сотрудниками сахалинской милиции в те грозовые годы.

Вот одни из них.

10 октября 1944 года поднявшимся сильным штор¬мом выбросило к берегу катер «Дальнефтеразведки» в районе поселка Рыбиовска. Сто пятьдесят метров, отде¬лявших катер от берега, и усилившийся шторм не дава¬ли возможности спастись команде и высадиться на бе¬рег. Людям грезила гибель. Старший лейтенант милиции начальник Рыбновского районного отдела милиции Всеволод Павлович Черепанов, несмотря на холодную воду и шедший снег, раздевшись до рубашки, привязал¬ся к веревке, конец которой закрепил на берегу, и по леденящим волнам ринулся к катеру спасать команду.

Отважный сотрудник милиции трижды пробирался к гибнущему судну, подхватывал бросавшегося с катера человека, с которым его вытягивали на берег. Таким образом, старший лейтенант милиции В. П. Черепанов спас команду катера из 3 человек от неминуемой гибели.

С приходом на работу в органы милиции большой группы женщин в областном управлении и в райотде¬лах были созданы женсоветы, которые многое сделали по мобилизации сил и средств для фронта.

Женщины-милиционеры и жены работников управ¬ления в 1941 —1943 годах организовали пошив теплой одежды для воинов Красной Армии. На фронт было отправлено 300 ватных фуфаек, 300 брюк, 500 пар ру¬кавиц, 100 полушубков.

В борьбе за образцовый порядок сотрудники мили¬ции повседневно опирались на общественность. В горо¬дах, районных центрах и шахтерских поселках Дуэ, Октябрьский, Мгачи и других были созданы бригады содействия милиции. В областном центре было три та¬ких бригады. Бригадмильиы вместе с работниками ми¬лиции дежурили в клубах и на улицах населенных пунктов.

Работники милиции принимали активное участие во всех проводимых партийными органами мероприятиях. С их помощью в годы войны, например, было собрано и сдано в фонд обороны облигаций государственных займов на сумму более 900 тысяч рублей.

Своей отличной службой, самоотверженной борьбой с преступностью, всемерной помощью фронту работники милиции внесли свой посильный вклад в великое дело победы над фашистской Германией.

Верный союзническому долгу, Советский Союз в ав¬густе 1945 года вступил в войну с милитаристской Япо¬нией. С радостью встретили это известие сотрудники сахалинской милиции. Они верили: разгром японских самураев принесет освобождение Южного Сахалина и Курильских островов — исконно русских земель.

В соответствии с решением Военного совета Второго Дальневосточного фронта и приказом начальника уп¬равления НКВД по Хабаровскому краю с 10 августа 1945 года весь личный состав милиции был мобилизован и переведен на казарменное положение. Многие работ¬ники органов внутренних дел приняли непосредственное участие в боевых действиях.

Мир пришел на советскую землю. У сотрудников ми¬лиции области прибавилось работы. На освобожденных от японцев землях Южного Сахалина и Курильских островов нужно было строить новую жизнь. В укрепле¬нии правопорядка, в борьбе со спекулянтами, затаив¬шимися врагами повой жизни, вместе с пограничника¬ми, сотрудниками госбезопасности, органами суда н прокуратуры большой вклад внесли работники милиции.

Многие работники милиции Александровск-Сахалинского, Охинского, Рыбповского и других районов были направлены на южную часть острова и Курилы, Людей не хватало. В органы милиции стали приходить вчераш¬ние воины. В ноябре 1945 года с материка из Амурской области на Южный Сахалин прибыла коман¬да военнослужащих в количество 473 человек для даль¬нейшего прохождения службы в органах милиции.

(По информации подполковника милиции в отставке Смекалова Григория Николаевича)

Сотрудники сахалинской милиции отмечают день образования ОВД по ГО «Александровск-Сахалинский район»

История уголовного розыска УВД области

5 октября 1918 года Коллегия НКВД РСФСР утвердила Положение «Об организации отдела уголовного розыска». Согласно этому Положению на территории РСФСР в составе милиции учреждался уголовный розыск.

«…Для охраны революционного порядка путем негласного расследования преступлений уголовного характера и борьбы с бандитизмом».

Приказом № 1 по Главному управлению милиции от 7 октября 1918 года было организовано Центральное управление уголовного розыска (Центророзыск) на правах отдела.

10 апреля 1922 года уголовный розыск был выделен из состава милиции в самостоятельную службу, но с созданием в 1923 году НКВД вошел в его состав. 

В течение всех лет служба уголовного розыска претерпевала различные изменения и преобразования. Но оставалось главное – преданные делу люди, способные всегда помочь и спасти человеческую жизнь.

Все эти годы известные и безымянные герои, рядовые сотрудники и ветераны, проявляя в различных ситуациях мужество и самообладание, мастерство и самоотверженные действия осуществляли главную задачу своей профессии – защиту прав и свобод граждан от преступных посягательств.

Первые сотрудники уголовного розыска спасли человеческие жизни и народное достояние, не имея специальных знаний и опыта работы, начинали с нуля, с «чистого листа».

7 апреля 1925 года четырнадцать сотрудников милиции г. Владивостока и ГПУ прибыли на постоянную работу на остров Сахалин. И спустя несколько дней, 16 апреля постановлением председателя Сахалинского ревкома был создан районный ревком и районная милиция с минимальным штатом сотрудников в Рыковском районе. 

Уже в первые месяцы на северном Сахалине было поставлено на учет 276 человек, которые враждебно относились к Советской власти, бывших белогвардейцев.

В августе 1925 года помощник Приморского губернского прокурора Пятаков писал: «… Город Александровск и его район обслуживаются управлением сахалинской милиции, которая в настоящее время имеет наличный состав 15 человек. Штат всей сахалинской милиции 41 человек, но он до сего времени не утвержден Дальревкомом… Уголовного розыска на Сахалине нет. А между тем, за последнее время в г. Александровске и его окрестностях стали учащаться простые и со взломом кражи. Раскрываемость их незначительная…»

В отчете за 1925 год Сахалинскому окружному революционному комитету начальник рабоче-крестьянской милиции Севера Сахалина Дубовин отмечал: «… Уголовный розыск, как наиболее необходимый в сахалинских условиях, при рабочее-крестьянской милиции, до сего времени не организован и организовать его в данный момент не представляется возможным по следующим причинам: из-за незначительной оторванности острова от материка и наличия пятилетней оккупации. Оставшееся местное население составляет две группы: первая – забитая, совершенно неграмотная, вторая – со всеми порочными качествами и хулиганскими уклонами.»

И только к апрелю 1926 года во вновь созданных Александровском, Рыбновском, Охинском, Рыковском районах были созданы отделения уголовного розыска, которые являлись структурными подразделениями НКВД.

Отсутствие опыта работы, формы, транспорта, плохое вооружение, нерегулярность почтовой и телеграфной связи не помешали молодым сахалинским оперативникам к концу 1926 года выявить и уничтожить 43 участка посевов опийного мака, установить и взять на учет места приема и сбыта краденных вещей, места азартных игр, опиекурильни, места сбора подозрительных лиц.

Позже, члены комиссии Дальневосточного бюро констатировали: «Авторитет милиции и уголовного розыска среди населения повышается… Граждане охотно обращаются к ним за помощью».

За добросовестное выполнение служебных обязанностей в первом праздничном приказе, в честь 10-летия образования милиции была объявлена благодарность сотруднику уголовного розыска г. Александровск-Сахалинского Смеловскому В.Д. с занесением в трудовой список и награждением ценным подарком – суконной форменной гимнастеркой и шароварами.

В годы Великой Отечественной войны из сотрудников уголовного розыска создавались подразделения по борьбе с бандитизмом и мародерством.

После войны, на освобожденной территории южного Сахалина и Кукрильскитх островов была образована Южно-Сахалинская область. В 1947 году она была объединена с Сахалинской областью. 17 мая 1947 года приказом генерал-лейтенанта Шередега М., начальника МВД Сахалинской области было создано единое сахалинское МВД с дислокацией в г. Южно-Сахалинске. К этому времени штат сотрудников уголовного розыска уже насчитывал 90 человек. Первым начальником был назначен Кондратюк Михаил Иванович, старший лейтенант милиции, его первым заместителем – Брагин Федор Федорович, лейтенант милиции. В структуру отдела входило несколько подразделений. 

1-е отделение – по борьбе с убийствами и кражами;

2-е отделение – по борьбе с кражами

3-е отделение - по борьбе с хулиганствами, мошенничеством и половыми преступлениями;

4-е отделение – по борьбе с детской преступностью;

Следственное отделение и группа служебного собаководства. Был и секретариат, в составе которого было 2 переводчика. Отделения уголовного розыска были созданы во всех районах островной области.

Прошли десятилетия. Уголовный розыск, по-прежнему, является ведущей службой органов внутренних дел. В сахалинском уголовном розыске свои традиции и преемственность поколений. 

Не одно поколение оперативников выросло на примерах, опыте мастеров своего дела, сыщиках. Это Сидорин В.А., Шут В.К., Бурдин А.Д. (который более 40 лет в ОВД и до сих работает плечом к плечу с коллегами. Его уважительно называют между собой «дед»), Кашуров Е.А., Каймаков В.П., Мутыло А.Е., Хижняк И.А., Васильева В.Я. Имена этих заслуженных людей можно перечислять еще очень долго. 

Из сахалинских оперов выросли талантливые и профессиональные руководители: Разин М.С., впоследствии возглавивший УВД Сахалинской области, Горлов Ю.Г., в настоящее время начальник Пермского ГУВД.

В этот день вспоминаются имена и погибших сотрудников. Первым в этом печальном списке значится инспектор ОУР Долинского ГОВД Илларионов В.Н., который был убит сентябре 1949 года; начальники Поронайского ОУР Шмаков П.И. и Забродин Б.В; оперуполномоченный Холмского ОУР Баев А.А.; и.о. начальника ОУР Ново-Александровского ГОМ УВД г. Южно-Сахалинска Бойчук А.Ф. и старший оперуполномоченный этого же подразделения Жариков А.К.; начальник ОУР Смирныховского РОВД Фомин А.В.; оперуполномоченный ОУР Корсаковского ГОВД Пальчиков М.Н. В Управлении уголовного розыска УВД по Сахалинской области есть памятный уголок. Их имена помнят и чтят.

История штабных подразделений

Седьмого октября – день образования штабных подразделений в системе Министерства внутренних дел Российской Федерации.

На протяжении всей истории создания и деятельности органов внутренних дел России в их структуре находились подразделения, выполнявшие штабную функцию, то есть обеспечивающие выработку и реализацию управленческих решений, совершенствование форм и методов работы, координацию деятельности всех служб. Основу деятельности штаба всегда (на всех этапах существования) определяла информационно-аналитическая, контрольно-инспекторская и организаторская работа, координация действий ОВД.

Становление и развитие штабов органов внутренних дел России прошло длительный и сложный путь. 

7 октября 1918 года приказом № 1 по Главному управлению Рабоче-крестьянской милиции Народного комиссариата внутренних дел в его составе, наряду с Центральным управлением уголовного розыска, общим отделом и некоторыми другими подразделениями, были созданы Инструкторский и Информационный отделы, ставшие прообразом современных штабных подразделений. Вскоре эти отделы были объединены в Инструкторско-инспекторский отдел, который затем вошел в состав сформированной в конце 1919 года Инспекции Главного управления милиции. С образованием Инспекции Главмилиции основные штабные функции были еще более четко определены. 

Инспекция сыграла положительную роль в укреплении аппарата милиции, совершенствовании форм организации, методов ее деятельности. Это подразделение реализовало такие элементы штабной функции, как инспектирование деятельности милиции и уголовного розыска; оперативное управление их деятельностью; разработка структуры, штатов и положений, регламентирующих организацию центральных и местных органов; нормотворческая работа; изучение динамики, структуры и выявление основных тенденций изменения преступности; обобщение и распространение передового опыта охраны общественного порядка и борьбы с преступностью.

Таким образом, с первых же шагов функционирования Инструкторского и Информационного отделов, а особенно после создания Инспекции Главного управления милиции на всех уровнях действовала штабная структура, осуществлявшая многие управленческие функции, присущие нынешним штабам органов внутренних дел Российской Федерации.

31 октября 1961 года в Главном управлении милиции (ГУМ) был создан организационно-методический отдел (ОМО). Но это подразделение лишь частично реанимировало отдельные штабные функции. В 1966 году при образовании Министерства охраны общественного порядка (МООП) СССР в его структуре создается самостоятельное подразделение – контрольно-инспекторский отдел (КИО) с подчинением его непосредственно министру. В функции КИО входило не только инспектирование, но и в целом совершенствование системы управления на всех уровнях.

30 мая 1968 года приказом МООП СССР № 0218 объявлен штат Организационно-инспекторского управления (ОИУ) МООП СССР (на правах Главного управления), созданного на базе КИО МООП СССР. А 25 ноября 1968 года издан Указ Президиума Верховного Совета СССР о переименовании МООП СССР в МВД СССР, в состав которого в качестве самостоятельного подразделения вошло и Организационно-инспекторское управление.

В 1968-1969 годах организационно-инспекторские подразделения были созданы повсеместно, а в 1971 – 1972 годах (в соответствии с приказом МВД СССР от 6 сентября 1971 года № 257) преобразованы в штабы. К концу 1982 года штабы функционировали во всех министерствах и управлениях внутренних дел. Таким образом, на всех уровнях была образована структура штабных подразделений, осуществлявшая контроль, инспектирование, инструктирование органов милиции, сбор и обобщение данных о преступности и личном составе милиции, а также организационно-штатную и нормотворческую работу.

7 декабря 1972 года приказом МВД СССР № 0655 утверждено первое положение о Штабе МВД СССР, которым были определены место и роль штаба в системе служб и органов внутренних дел: «Штаб, – говорится в этом документе, – является органом управления, призванным организационно обеспечивать подготовку и претворение в жизнь управленческих решений руководства Министерства... подчиняется непосредственно Министру».

Штаб Министерства явился инициатором создания профессиональной технически оснащенной дежурной службы на постоянной основе. 

После упразднения МВД СССР и МВД РСФСР и образования на их базе Министерства внутренних дел Российской Федерации приказом МВД России от 10 февраля 1992 года № 30 был создан штаб МВД России, а в дальнейшем (приказом МВД России от 30 октября 1995 года № 401) – Главный штаб МВД России. Приказ МВД России от 14 ноября 1995 года № 433 обязал руководителей органов внутренних дел всех уровней рассматривать совершенствование управленческой деятельности как важнейший резерв повышения эффективности работы УВД субъектов РФ и горрайлинорганов.

12 февраля 1997 года приказом № 86 утверждено Временное наставление по службе штабов органов внутренних дел, действующее по настоящее время. Им установлено, что начальники штабов при осуществлении функций межотраслевого управления, возложенных на штабы, являются прямыми начальниками всего личного состава и имеют право при проведении в жизнь решений начальников соответствующих ОВД отдавать от их имени распоряжения и указания подчиненным. Наставление охватывает все направления штабной работы. 

В 1998 году в связи с проводимой реорганизацией системы МВД России Главный штаб Министерства был упразднен. Штабные функции в МВД России переданы вновь образованному Главному организационно-инспекторскому управлению, в дальнейшем – Организационно-инспекторскому департаменту (ОИД).

Последний период становления и развития штабов характеризуется не только их укреплением. Качественные изменения произошли в содержании работы. Реально возросла координирующая роль штабов в решении общесистемных межотраслевых комплексных правоохранительных задач.

Сегодня эти подразделения функционируют во всех МВД, ГУВД, УВД, УВДТ и горрайлинорганах внутренних дел. Им принадлежит важное место в организации эффективной системы управления органами внутренних дел.

История становления и развития штабной службы богата знаменательными событиями, но главным из них стало то, что штабные подразделения явились центрами организационной, управленческой деятельности в системе МВД, основными координаторами взаимодействия усилий служб и подразделений органов внутренних дел в решении оперативно-служебных задач.

Приказом МВД России от 4 сентября 1998 г. № 557 7 октября 1918 года установлен как день создания штабной службы в органах внутренних дел Российской федерации.

Становление и развитие штабных подразделений Сахалинской области

Современная история штабных подразделений Сахалинской милиции неразрывно связана с историей штабов органов внутренних дел всей России и уходит в далекий 1968 год, когда повсеместно в системе МВД создавались организационно-инспекторские подразделения. 

13 декабря 1968г. приказом начальника УООП Сахалинского облисполкома полковника М.Высоцкого № 074 в штатах Сахалинской милиции создан организационно-инспекторский отдел численностью 10 сотрудников. Первым руководителем подразделения стал Ющенко Николай Сергеевич. 

В 1971 году организационно-инспекторский отдел преобразован в Штаб УВД, одновременно вырос и его штат, который составил 37 сотрудников. Становление штаба как службы способствовало организационному обеспечению взаимодействия между подразделениями горрайорганов внутренних дел, эффективному решению стоящих перед ними задач.

Однако, также как и по всей стране, в начале 1983 года дальнейшее укрепление и развитие штабной службы было прервано. Штаб УВД области был сокращен до инспекторского отдела численностью 12 сотрудников. И лишь спустя три года подразделение было переименовано в организационно-инспекторский отдел, штат которого увеличили до 26 сотрудников.

В 1991 году была образована служба организации управления (СОУ) УВД Сахалинской области, в которой работало 25 сотрудников.

С начала 90-х годов в силу сложившейся криминальной ситуации в стране, существенных изменений в сфере социально-политической, правовой и экономической, все более заметно ощущалась потребность существенных перемен в организации функционирования правоохранительного механизма в целом и органов внутренних дел в особенности. Существенную роль сыграл целевой приказ МВД России № 420-1993 года, согласно которому штабы были созданы во всех горрайлинорганах.

В 1996 году на базе СОУ создан Штаб УВД Сахалинской области, штатная численность которого составила 62 сотрудника.

В 2003 году из структуры Штаба УВД были выведены: отдел связи, отделение информации и общественных связей, отделение правового обеспечения и международного сотрудничества, ОБМГ. 

В разные годы штабную службу в УВД по Сахалинской области возглавляли авторитетнейшие люди, внесшие весомый вклад в совершенствование оперативно-служебной деятельности. Штаб стал подлинной кузницей кадров, причем самого высокого уровня: 3 из 10 руководителей штабов впоследствии стали генералами (начальниками УВД), очень многие сотрудники Штаба – милицейскими начальниками городов и районов.

История ГАИ - ГИБДД

Основная задача реформирования службы ГАИ-ГИБДД -сломать стереотип отношений между водителем и инспектором, водителем и пешеходом.Между ними нет и не должно быть баррикад. Только во взаимном доверии и понимании залог общей безопасности на дорогах города, края, страны. 

Все мы ежедневно в том или ином качестве становимся участниками дорожного движения. И от того, как оно организовано, зависит, приедем ли мы вовремя на работу, не опоздаем ли на встречу, придем ли домой в хорошем настроении или опять будем проклинать эти вечные пробки.

Датой образования Государственной инспекции безопасности дорожного движения (ГИБДД) МВД России, которая в соответствии с Указом Президента России от 15 июля 1998 г. № 711 является правопреемником Госавтоинспекции, считается 3 июля 1936 г., когда Совет Народных комиссаров СССР своим постановлением утвердил основополагающий документ - Положение о ГАИ Главного управления Рабоче-Крестьянской милиции НКВД СССР. Основными задачами инспекции стали борьба с авариями на дорогах, контроль за подготовкой водителей, разработка технических норм эксплуатации автотранспорта, его качественный и количественный учет.

В довоенный период, в основном, завершилось решение организационных и кадровых вопросов становления новой милицейской службы. 

Приказами НКВД СССР утверждены правила выдачи водительских документов, учета и технического осмотра автомобильного парка, порядок проведения углубленной проверки деятельности автохозяйств. В 1940 г. были подготовлены и направлены во все города типовые правила уличного движения.

Во время Великой Отечественной войны многие сотрудники ГАИ стали ее участниками, а оставшийся личный состав проводил мобилизацию автомобилей, мотоциклов и тракторов для нужд армии, содействовал авторемонтным заводам и мастерским в восстановлении техники 

За успешное выполнение служебных обязанностей и проявленные при этом отвагу и мужество многие работники ГАИ и орудовцы получили высокие государственные награды. 

В первые послевоенные годы из армии в народное хозяйство прибыло большое количество автомобилей и мотоциклов. Они стали интенсивно использоваться на дорогах, проезжая часть которых не была полностью восстановлена и оборудована техническими средствами регулирования движения. 

Работники ГАИ приняли на себя обязанности по организации движения транспорта и пешеходов. Они участвовали в разработке схем и непосредственно в установке светофорных объектов, дорожных знаков и указателей, будок регулировщика, нанесении линий дорожной разметки. На улицах многих краевых и областных центров страны появились первые светофоры. 

После восстановления народного хозяйства значительно возросли объемы сельскохозяйственного и промышленного производства, строительства, началось освоение целинных земель. В середине 1950-х годов выпуск отечественных автомобилей превзошел довоенный уровень в 2,5 раза. Остро встали вопросы предупреждения дорожно-транспортного травматизма. 

В этих условиях повышается роль министерств и ведомств, местных органов исполнительной власти в осуществлении мероприятий по борьбе с аварийностью на автомобильном транспорте. С ГАИ МВД СССР снимается часть функций организационно-хозяйственного характера. В ее состав включаются ОРУДы Вводятся в действие единые в стране правила дорожного движения. 

Одновременно активизируется работа общественных формирований. Так, в автопредприятиях создаются комиссии общественного контроля за техническим состоянием подвижного состава, специализированные добровольные народные дружины. 

Однако центральное место в системе органов государственного управления, чья деятельность связана с обеспечением безопасности дорожного движения принадлежала МВД, ибо без участия ГАИ решение многих вопросов в данной области было проблематично. 

В конце 1960-х и начале 1970-х годов, когда Волжский автозавод приступил к массовому производству легковых автомобилей, именно ГАИ приняла на себя главную тяжесть борьбы с возросшим количеством дорожно-транспортных происшествий* В этот период произошли качественные изменения в организации и деятельности службы. В целях специализации по отдельным направлениям работы в ее составе образуются строевые подразделения дорожно-патрульной службы, подразделения по организации дорожного движения, диагностические станции для проведения государственного технического осмотра транспортных средств, межрайонные регистрационно-экзаменационные отделы, монтажно-эксплуатационные предприятия по внедрению технических средств организации дорожного движения. 

Значительно укрепилась техническая база ГАИ. В частности, при надзоре за дорожным движением стали применяться радиолокационные измерители скорости транспортных средств, вертолеты и патрульно-санитарные автомобили, на месте дорожно-транспортных происшествий использовались стереосъемка и аварийно-спасательное оборудование, организовано серийное производство аппаратуры для программированного приема экзаменов по правилам дорожного движения. 

В начале 1990-х годов с переходом в экономике крыночным отношениям произошло резкое увеличение количества автотранспортных средств и интенсивности их использования, обострилась криминальная обстановка в сфере дорожного движения. 

Эти обстоятельства продиктовали необходимость усиления контрольно-надзорной деятельности государственной инспекции. 

Решение данной задачи осуществлялось путем развертывания сети стационарных постов на автомобильных дорогах, укрупнения подразделений дорожно-патрульной службы, более жесткого применения мер административного воздействия за нарушение правил дорожного движения, создания федеральных компьютерных систем учета информации о похищенных транспортных средствах, введения более защищенных от подделки бланков водительских и регистрационных документов. Во многом благодаря этим мерам удалось добиться последовательного снижения числа дорожно-транспортных происшествий и краж: транспортных средств на территории России. 

За прошедший век многое изменилось: в тысячи раз увеличилось количество машин, стал совершенно другим их внешний облик, технические возможности авто возрастают с каждым годом, а сеть автомобильных дорог, словно паутина, опутала весь мир. Только в столице на сегодняшний день зарегистрировано около трех миллионов единиц транспорта. Неизменным осталось лишь одно: автомобиль по-прежнему является не только средством передвижения, но и источником повышенной опасности.

История образования батальона армейской милиции

15 января 2008 года исполняется 15 лет образования войсковой части 5530 или иначе, привычное наименование для многих сахалинцев – БАМ или батальон армейской милиции. 

В январе 1993 года, по просьбе Администрации Сахалинской области, администрации города Южно-Сахалинска, УВД Сахалинской области был сформирован отдельный специальный моторизованный батальон (войсковая часть 5530) ВО ВВ МВД России., которая выполняет обязанности по охране общественного порядка и общественной безопасности в г. Южно-Сахалинске и Сахалинской области. Специальная моторизованная воинская часть 5530 комплектуется военнослужащими по призыву и переходит на комплектацию по контракту. Личный состав выполняет служебные обязанности в форме российской милиции. 

Уже с 1 февраля 1993 года военнослужащие части впервые приступили к несению патрульно-постовой службы по борьбе с уличной преступностью в областном центре. А в мае 1995 года приняли участие по ликвидации последствий землетрясения в разрушенном городе Нефтегорске. 

Смелость и решительность проявили военнослужащие в/ч 5530 и в «горячих точках» Многие офицеры и прапорщики части выполняли служебно-боевые задачи в Северо-Кавказском регионе по наведению конституционного порядка. 

В августе 2007 года после землетрясения в г. Невельске батальон был приведен в боевую готовность № 1 и поставлена задача по ликвидации последствий от стихийного бедствия. Колонна с военнослужащими прибыла одной из первых. Сразу был развернут палаточный городок на 160 мест, полевая кухня и незамедлительно началось оказание помощи пострадавшим горожанам. С первых дней личный состав войсковой части стал выполнять задачи по охране общественного порядка в разрушенном городе. 

Спустя несколько дней, после произошедшей трагедии, на маршруте патрулирования войсковой наряд, старшим которого был сержант Алексеев А.В., получил информацию о совершенной краже вещей из разрушенного дома. Начали отрабатывать район и через некоторое время внимание военнослужащих привлекли двое молодых людей, которые подходили под описание, данное в ориентировке. Заметив патруль, молодые люди попытались скрыться, но не удалось им это. Военнослужащие задержали и доставили в дежурную часть Невельского ОВД подозреваемых в краже. 

В адрес командования войсковой части неоднократно поступали письма от жителей г. Невельска со словами благодарности за оказанную помощь, за содействие и участие в их судьбах.

 Долгий путь от БХСС до ДЭБ

Исторический путь службы по борьбе с экономическими преступлениями начался в марте 1937 года, когда по поручению правительства, НКВД СССР издал постановление «Об образовании в системе милиции отделов по борьбе с хищениями социалистической собственности ОБХСС. Структура ОБХСС формировалась из четырёх отделений: по борьбе с хищениями соцсобственности и спекуляцией на местах, обеспечению специальной работы по предотвращению и раскрытию преступлений в системе государственной торговли, различных областях кооперации, в заготовительных организациях, в сберкассах. Помимо этого подразделениям БХСС вменялось в обязанность бороться с фальшивомонетничеством, взяточничеством, осуществлять оперативное руководство комендантами заготовительных пунктов «Заготзерно». На местах-- в управлениях милиции, республик краёв и областей, относящихся к крупным промышленным центрам, были созданы отделы, отделения и группы БХСС. В других местах, где формирование таких подразделений по тем или иным причинам не происходило, функции БХСС продолжали выполнять подразделения уголовного розыска. В 1939 году в республиканских, краевых и областных подразделениях службы начали создаваться следственные группы, которые принимали к своему производству расследование дел, возбуждаемых по экономическим преступлениям. 

В июле 1949 г. МВД СССР, преобразовано в отдел БХСС, ГУМ в Управление БХСС 

В октябре 1949 года, органы милиции переданы в систему Министерства Государственной Безопасности СССР 

Через десять месяцев МГБ провело реорганизацию Главного Управления милиции, где было создано три управления, одно из них У БХСС. 

6 марта 1953г. МГБ и МВД объединены в одно министерство МВД СССР. В следующем году органы госбезопасности выведены из его состава. УБХСС осталось в составе МВД. 

Август 1963 года Министерства внутренних дел союзных тспублик переименованы в министерства охраны общественного порядка. Служба БХСС стала именоваться—УБХСС МООП РСФСР В 1980 г. Управление БХСС приказом МВД переименовано в Главное Управление БХСС МВД СССР. 

В декабре 1989 года было образовано МВД РСФСР, в состав которого вошло ГУ БХСС. В январе 1991 года служба БХСС МВД РСФСР переименована в подразделение по борьбе с преступлениями в сфере экономики Службы криминальной милиции (БЭП СКМ МВД РСФСР). В это же время в МВД СССР функционировало ГУ БХСС МВД СССР, которое приказом МВД СССР № 409 от 6.12.1991г. «Об Организационно-штатных вопросах криминальной милиции МВД СССР» реорганизовано в Бюро по преступности в экономике Криминальной милиции МВД СССР. Бюро реорганизовано на правах главного управления под условным наименованием «Второе бюро». 10 февраля 1992 года МВД СССР и МВД РСФСР объединены в МВД Российской Федерации и приказом МВД РФ № 35 от 10.02.1992г. Бюро по преступности в экономике криминальной милиции МВД СССР и БЭП МВД РСФСР объединены. Новое подразделение МВД стало называться так: Главное управление с экономическими преступлениями (ГУЭП МВД РФ). Затем служба получила [наименование Главного управления по экономическим преступлениям МВД России (ГУЭП МВД России).

С 1997 года слулеба переименована в Главное управление по борьбе с экономическими России (ГУБЭП МВД России). 

С июня 2001 года ГУБЭП вошёл в состав Службы криминальной милиции МВД России

ОМОН: историческая справка

Отряды милиции особого назначения (ОМОН) впервые были созданы в конце 80-х г.г. в 23 регионах СССР (приказ МВД СССР 3 октября 1988 г № 206) в целях пресечения групповых хулиганских проявлений и массовых беспорядков. Отбор рядового и начальствующего состава в это спецподразделение осуществлялся с учетом обладания кандидатов высокими моральными качествами, необходимой физической подготовкой, психологической устойчивостью, способностью уметь действовать в экстремальных обстоятельствах, прошедших первоначальную подготовку и обладающих опытом работы в органах внутренних дел.

Отряды милиции особого назначения органов внутренних дел в первые были созданы в трех республиках, входящих в состав бывшего СССР (Белорусии, Украине, Казахстане) и 14 регионах РСФСР (в том числе в МВД Башкирской АССР, УВД Краснодарского, Красноярского крайисполкомов, УВД Воронежского, Иркутского, Куйбышевского, Новосибирского, Пермского, Ростовского, Свердловского. Челябинского облисполкомов, ГУВД Мосгорисполкома, Мособлисполкома, Леноблгорисполкомов).

Сотрудники ОМОНа обеспечивают правопорядок и общественную безопасность в зонах стихийного бедствия, осуществляют боевое прикрытие групп криминальной милиции и других подразделений органов внутренних дел в мероприятиях по задержанию преступников, в том числе вооруженных, освобождению заложников, пресечению преступлений террористической направленности. 

При участии данных подразделений в 2006 году пресечено 12,6 тыс. преступлений, задержано около 13,5 тыс. преступников, в том числе 92 вооруженные группы, 588 вооруженных преступников, освобожден 181 заложник, изъято из незаконного оборота более 11,8 тысячи единиц оружия, 5,5 тонн взрывчатых и 329 кг наркотических веществ, обнаружено и обезврежено свыше 6,1 тыс. взрывных устройств, пресечено 250 групповых нарушений общественного порядка, принято участие в обеспечении общественного порядка при проведении более 16 тысяч массовых мероприятий.

Отряд милиции особого назначения УВД Сахалинской области был создан 9 декабря 1993 года приказом начальника УВД Сахалинской области №1048т от 17 декабря 1995 г. на основании приказа МВД Российской Федерации № 488 от 08 ноября 1993 г. 

Первый состав отряда насчитывал всего 29 человек. Из них продолжают служить 4 сотрудника. Эти сотрудники уже 14 лет добросовестно несут службу в отряде и верны ему.

Сотрудникам островного ОМОН первые серьезные испы­тания предстояло выдержать спустя несколько месяцев - в 1994 году, когда на Курильских островах произошло землетрясение. Отряд был направлен для оказания помощи населению и обеспечения правопорядка и общественной безопасности. Немалое мужество требуется человеку выжить в тех условиях, когда земля уходит из под ног. Милиционерам предстояло не только там выжить, но и нести службу. В одну из таких ночей им пришлось охранять в комнатке 5 млрд. рублей, которые были выделены для выплат пострадавшим курильчанам. Ничего, пере­ночевали...

Май 1995 года. Страшное по своей силе разрушений и человеческому горю землетрясение в Нефтегорске. Отряд вновь был направлен в город руин и беды. В то время возраст большинства сотрудников этого подразделения еле-еле достигал 20 с небольшим. Каким должен быть человек, чтобы каждый день не просто видеть смерть, а разбирать завалы, ежесекундно слышать стоны из-под развалин и быть зачастую бессильными перед горами бетона?

Есть такая награда "За милосердие и помощь". Немногие её удостоины. Так вот за проявленное гражданское мужество и самоотверженность 61 сотрудник Сахалинского ОМОНа (численность отряда к тому времени значительно увеличилась) были представлены к этой награде. Нельзя вылечить душу человеческую от недавно увиденного, нельзя это перевернуть в сознании, словно страницу.

Декабрь 1995 года. Чечня. С этого года наступила череда бесконечных командировок в Северо-Кавказский регион. Общее количество служебных командировок на счету отряда - 18, количество времени, проведенного там - 5,5 лет. За плечами остались: Аргун, Гергель-аул, Тух-чар, Кизляр, Ачхой-Мартан, Шали, Дарго и много иных населенных пунктов Северо-Кавказ­ского региона.

Задачи решались разные: участие в спецоперациях по поимке и уничтожению членов бандформирований, поиск и уничтожение взрывоопасных предметов, участие в освобождении заложников... В одну из командировок на территории Чеченской Республики, Сахалинский ОМОН дислоцировался отдельно от отрядов, прибывших из других областей РФ. Поэтому все вопросы, начиная от обеспечения общественного порядка до бытовых, пришлось решать самостоятельно. Командир отряда Василий Односторонцев был не только командиром ОМОН, но и комендантом населенного пункта, где они размещались, а это означало и пенсии раздавать населению, и помогать строить сельскую школу, и выезжать в район к больным, делиться своими медикаментами и продуктами.

Совсем недавно, 17 сентября, очередная группа ОМОН вернулась из Чечни, где прослужили еще долгих полгода. По возвращению домой командира ОМОН Василия Односторонцева ждали две награды -"За честь и доблесть" и орден Петра Великого 2 степени «За заслуги и большой личный вклад в обеспечении национальной безопасности государства Российского».

В октябре на имя начальника УВД по Сахалинской области Сергея Юрьевича Андреева из МВД России за подписью генерал-майора внутренней службы М.П. Шепилова поступило благодарственное письмо, в котором выражается искренняя благодарность и признательность за высокую морально-психологическую и профессиональную подготовку сотрудников ОМОН области. Сотрудниками ОМОН в течение последней полугодовой командировки, вместе другими подразделениями, проведены спецмероприятия в Ачхой-Мартановском районе, в результате которых проверено около 9 тысяч граждан, задержано 15 граждан за совершение преступлений, задержано 5 членов незаконных вооруженных формирований, изъяты оружие, боеприпасы, наркотические вещества.

Август 2007 года. Невельск. В числе подразделений, которые первыми прибыли в зону бедствия была и группа бойцов этого отряда. Задачи - охрана общественного порядка. Кроме приказов, отданных руководством, есть еще и человеческие ценности. Поэтому участие в судьбе невельчан, всяческая помощь и поддержка - это не приказ - это то, что свойственно каждому, кто служит в Сахалинском ОМОНе.

История батальона ОБДПС ГИБДД при УВД по Сахалинской области

История формирования, службы основной деятельностью которой являлось обеспечение бесперебойного и безопасного движения транспортных средств на территории Сахалинской области, начинается с истории формирования самой Сахалинской милиции.

В 1947г. в связи с объединением Сахалинской области были утверждены новые штаты Управления МВД. Начальником Управления в то время был генерал- лейтенант Шередега И.В. Подразделение ГАИ(на правах отдела) ОРУД (отдел регулирования уличного движения) насчитывало тогда всего 18 человек. Начальником отделения был Гледнев Павел Васильевич, человек, не имеющий никакого специального звания, а в штате сотрудников - только один офицер.

5 июля 1947г. были объявлены временные штаты ОРУД г.Южно-Сахалинска. В их состав входило 34 человека: начальник-1; уборщица-1; ст.инспектор-1; истопник-1; инспектора-3; командир взвода-1; командиры отделения-2; милиционеры-24 (но на деле было 18 человек) 22.09.1947г. Начальником ГАИ был назначен Евстратов Александр Александрович. Работу по контролю за соблюдением правил уличного движения осуществляла группа дорожного надзора состоящая из 2-х инспекторов и 2-х старших инспекторов дорожного надзора.

В 1964г. при Анивском ОВД был создан отдельный взвод ОРУД ГАИ, командиром которого являлся старший гос.инспектор Ануфриенко Ф.И. Этот взвод осуществлял надзор за движением АМТ на автодорогах юга осторова. Позже он был передан в областное подчинение ( командир старший инспектор ст. л-т Югай Владимир Васильевич), а затем переформировалось в отдельные девизион, роту, батальон патрульной службы милиции и, наконец в батальон ДПС.

Вневедомственная охрана Сахалинской области

В октябре 1952 г. решением Совета Министров СССР № 4633- 1835с «Об использовании в промышленности, строительстве и других отраслях народного хозяйства работников, высвобождающихся из охраны, и меры по улучшению дела организации охраны хозяйственных объектов министерств и ведомств» на милицию была возложена охрана объектов торговли, а также некоторых учреждений и предприятий промышленности. В составе управления милицейской службы был организован отдел вневедомственной наружной сторожевой охраны и соответствующие структурные подразделения на местах. 

В конце 1970г. для усиления охраны различных видов собственности, было принято Постановление СМ СССР «О совершенствовании охраны объектов народного хозяйства». Этим Постановлением, правительство, обозначило меры по коренному перевооружению охраны новыми техническими средствами, широкому применению пультов централизованного наблюдения (ПЦН), замене сторожей вневедомственной охраны работниками милиции, введению авто мотопатрульных нарядов.

Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2018, МВД России